Я старательно пыталась отвести свой растерянный взгляд от него, и потому с трудом заставила себя посмотреть в его пронзительные зеленые глаза, когда, как можно увереннее, произнесла:
– Да.
Я знала, что вру и что делаю этим самым больно Тому, но я не хотела признаваться самой себе в том, что, все, о чем я думала в последний месяц, был он. Я видела, как широко распахнулись глаза парня, когда он с силой стиснул челюсть, стараясь не показать той боли, что я принесла ему. Стараясь не подать вида, что я сломала его этими словами.
– Тогда почему ты сейчас со мной, а не с ним?
Я не знала, что ответить ему, потому что чувствовала, что могу разрыдаться в любую секунду, а я не хотела показаться слабой и разрушенной перед ним сейчас. Заморосил мелкий дождь, который с каждой секундой стал все отчетливее проявляться на нашей одежде.
– Я… нужно идти, начинается дождь, – я прохрипела. От напряжения пересохло в горле, и мне дико хотелось пить.
Томми ничего не ответил, несносно продолжая стоять на месте и прожигать во мне огромную черную дыру взглядом, жаждущим ответа.
Ничего не сумев сказать в итоге, я развернулась и быстро зашагала к мелколесью, миновав которое, хотела поскорее оказаться в машине Эванза, чтобы спрятаться от неминуемого дождя. Но Том не дал мне сделать этого, когда в два шага оказался около меня, разворачивая к себе за плечи и прижимая своим крепким телом к ближайшему дереву. Я сдавленно охнула, когда ощутила его тяжелое дыхание на ключице, где были расстегнуты пуговицы блузки. Мое сердце снова заколотилось от волнения, охватившего меня, от яростного желания быть с парнем максимально близко, и это заставило меня шумно сглотнуть.
– А говорила ли ты с ним о том, что тебя волнует? О чем ты переживаешь? – Том хрипло выдохнул в мои приоткрытые губы.
Мои щеки вновь вспыхнули, а по телу разлилась мучительная тянущаяся пульсация. Я шумно вздохнула, когда парень теснее прижал меня к стволу дерева.
– Знает ли он о том, какая ты настоящая, безо лжи и притворства?
Томми чуть опустил голову, проводя дорожку томительных поцелуев от линии подбородка по шее до самой ключицы. Мои ноги подкашивались, а в ушах начинало звенеть. Становилось слишком жарко, и мне казалось, что я теряю сознание от действий парня.
Услышав мой тихий стон, он довольный, продолжил.
– Знает ли он, как ты горишь, когда касаешься тебя здесь? – парень сделал акцент на последнее слово, прежде чем его рука рывком задрала мою юбку и чуть сжала верх бедра, заставляя меня простонать снова, чуть громче. Я не заметила, как зажмурилась и, слегка откинув голову назад, впилась руками в спину парня.
– Знает ли он, какая ты чертовски сексуальная в этой форме? – Том чуть отогнул ворот блузки, оставляя жгучий поцелуй на оголенном участке коже чуть выше груди. Я хныкнула и чуть заерзала под ним, измученная диким желанием овладеть парнем целиком и полностью.
– Чувствуешь ли ты с ним то же, что и со мной? – Эванз чуть отстранился и внимательно заглянул в мои глаза.
– Томми, – я устало прошептала, чувствуя, как наступающие слезы начали щипать глаза. Я прекрасно знала, что ответ на все эти вопросы – «нет», но я не могла признать это, так же, как не могла поддаться искушению и поцеловать парня. – Я не могу.
Шатен чуть отпрянул назад, словно обожженный огнем.
– Бред! – буквально прорычал он. – Я же знаю, что ты хочешь этого, Бэб!
Он снова приблизился ко мне, надавливаясь на меня всем своим весом, и пытаясь отыскать в моих глазах хоть малейший намек на ложь, и ему это удалось, потому что мои глаза полностью меня выдавали. Я хотела его. Всего.
– Ты не понимаешь! – я вскрикнула, с силой оттолкнув парня от себя. – Я уже изменяла Армину, я не могу поступить с ним так же снова! Он не заслуживает этого!
Я чувствовала, как поток соленых слез щиплет щеки. Накопленные эмоции больше не могли сидеть во мне и получили свой долгожданный выход.
Том, оглушенный моей внезапной истерикой, стоял, не шевелясь, не смея подойти ко мне хоть на шаг ближе. Боль отразилась в его прекрасных глазах, когда он увидел мои слезы, испугавшись, что стал причиной этому.
– Господи. Вся моя жизнь, словно агония, из которой я пытаюсь вырваться, но все только больше усложняю, – плакала я. – Я ужасный человек! Я не заслуживаю таких людей, как Армин. И я не заслуживаю тебя.
Дождь усилился, заставляя меня вновь обнять себя руками, чтобы немного согреться. Чувство всепоглощающей вины снова возросло во мне. Я понимала, что не люблю Армина, и мне было стыдно за то, что я дико желала Томми, а не его, и никак не могла остановить это.
Парень вдруг, словно отойдя от шока, приблизился ко мне, обхватив руками мое лицо и приподняв его.