Погода сегодня выдалась на удивление не летняя. Весь день шел сильный порывистый дождь, из-за которого меня дико клонило в сон на уроках. После занятий мы с Шарлоттой снова задержались в библиотеке, предварительно выпив по стакану крепкого американо, надеясь, что это хоть немного взбодрит нас. Но вместо того, чтобы искать нужную информацию для предстоящих экзаменов, все два часа, что мы с подругой провели вместе, мы проговорили обо всем на свете, только бы не учиться. Лотти по-прежнему не знала о Томми и потому была уверена, что наши отношения с Армином еще можно было спасти. Она заверила меня в том, что с Аддерли все будет в порядке, потому что Нолан постоянно находится рядом с ним, не давая тому совершить какую-либо глупость. Я была благодарна ей и Кеннету за то, что они всячески поддерживали Армина в ситуации, в которой, по сути, я была виновата, и поэтому снова ощутила дикий стыд перед друзьями. Они были искренни по отношению ко мне, в то время как я безобразно лгала им, не договаривая того, что происходило на самом деле, поэтому я как можно быстрее попыталась направить разговор в другое русло, чтобы остановить нарастающее чувство «самоедства».
Когда мы с Шарлоттой в очередной раз над чем-то громко рассмеялись, библиотекарша не выдержала и, возмущенно зашикав нас с подругой, велела нам сейчас же покинуть помещение, чтобы не мешать другим ученикам заниматься. Нам стало безумно смешно от ее в раздражении раздувающихся ноздрей, что мы еле удержались, чтобы не рассмеяться перед ней в голос. Прикусив щеки, мы сделали самый виноватый вид, на который только были способны, прежде чем бросили короткие извинения и вышли за дверь, где уже дали себе волю и звонко расхохотались.
– Стоит признать, актеры из нас хреновые, – Шарлотта выдохнула и схватилась за бок, который разболелся из-за невозможности вдохнуть воздуха от дикого смеха.
– Это точно. Интересно, она уже занесла нас в свой «черный список»? – я рассмеялась в ответ.
– Кажется, она пожелала нам сгореть в аду.
– Эй, ну это, конечно, слишком, – я усмехнулась.
– Да ладно? Она нас чуть взглядом не поджарила.
Я улыбнулась в ответ на возмущение подруги, но оспаривать ее точку зрения не стала, потому что… да, стоило признать: в библиотеку нас больше не пустят.
Мы вышли на улицу. Дождь стих, но все еще накрапывал, создавая отчетливые брызги на лужах. Водитель Лотти уже ждал ее с огромным широким зонтом у крыльца, чтобы в машину она могла сесть абсолютно сухой. Подруга без раздумий предложила подвезти меня, но я вежливо отказалась, чтобы не задерживать ее. Кое-как я смогла уверить ее в том, что сейчас же наберу Грэга, и он приедет за мной. Тогда Шарлотта со вздохом сдалась и села в машину, предварительно помахав мне рукой на прощание. Я помахала ей в ответ, и машина тронулась с места, отъезжая от здания и постепенно скрываясь на горизонте.
Как только она окончательно скрылась из вида, к школе неожиданно подъехал Форд Тома. Я облегченно выдохнула, стараясь даже не думать о том, что было бы, появись он секундой раньше. Лотти бы потом весь мозг мне проела своими расспросами.
Тряхнув головой, я попыталась отогнать непрошеные мысли и широко улыбнулась после, вспоминая тот день, когда Томми предложил спасти меня от дождя и подвезти домой. Тот день стал точкой не возврата, когда я поддалась искушению и села в машину к парню, после чего уже не смогла избавиться от мыслей о нем. И вот, куда это нас привело. Но я ни капельки не жалела об этом. Наоборот, такой окрыленной и счастливой я себя не чувствовала еще никогда.
Я быстренько спустилась по ступенькам вниз и залезла к парню в салон. Внутри громко играла «Should I stay or should I go».