Вскоре я услышала позади себя скрип половиц, когда он медленно пробирался на кухню.
— Нужна помощь? — спросил сосед.
Я обернулась с двумя горячими кружками кофе.
— Нет, все готово, — я поставила чашки на кухонный стол и указала на стул. — Садись, пожалуйста, — Джаспер скользнул на сиденье, одарив меня очаровательной улыбкой.
Я нерешительно подошла к холодильнику.
— Молоко, сахар? — спросила я, открывая дверцу.
— Просто молоко, пожалуйста.
Я села напротив соседа и налила молоко в его кружку, темно-коричневый тут же превратился в нежный сливочно-бежевый цвет. Я аккуратно обхватила свою кружку пальчиками и начала тихонько дуть на горячую жидкость.
— Ты пьешь пустой кофе? — Джаспер удивленно поднял брови.
— Мне так нравится, — я кивнула.
Он покрутил ложку в своей кружке, после чего дважды постучал ей по краю и положил на салфетку.
— Итак, — начал он, пока я делала глоток своего вкусного черного кофе. — Чем ты занимаешься, Элис? Я имею в виду...
— Я графический дизайнер. Работаю фрилансером на дому, — я опустила взгляд, наблюдая за тем, как пар медленно поднимается из чашки, словно приведение из замка.
— Тебе нравится то, что ты делаешь? — спросил он, делая глоток. Ого, он даже не вздрогнул от температуры кипяточного кофе. Должно быть, у него горло из стали...
Я покачала головой и улыбнулась, делая еще один маленький глоток.
— Я хотела стать художницей или скульптором, но поняла, что это не очень устойчивый карьерный путь.
— Значит, ты случайно попала в графический дизайн? — я была удивлена, что ему это интересно.
— Ага.
— Но ты же продолжаешь этим заниматься?
— Иногда, — я пожала плечами. Это правда, пусть я и не притрагивалась к бывшему хобби уже несколько лет. — А как насчет тебя?
— Нет, — он покачал головой. — Я не скульптор и не художник, — Джаспер улыбнулся, отпивая кофе. Он взглянул на меня из-за чашки, в глазах плясали бесенята.
— Очень смешно, — я усмехнулась. — Я имею в виду, чем занимаешься ты?
— О, — протянул Джаспер. — Извини, моя ошибка. Я учитель в старшей школе.
Я перекрестила ноги под столом и наклонилась к нему.
— Ты всегда хотел быть учителем?
Он покачал головой, и мягкие кудри тут же упали ему на лоб. Джаспер немного улыбнулся и посмотрел на поверхность стола, слегка смеясь.
— Честно говоря, в детстве я всегда хотел стать клоуном.
Я засмеялась так сильно, что чуть не выплюнула кофе, словно фонтанчик, прямо в моего нового друга.
— Ты серьезно? — смеясь спросила я. Черт, я даже не могу представить этого Адониса в больших красных туфлях, широких брюках и подтяжках... с глупым макияжем и красным круглым шаром-носом.
— Да, и когда мне было пять лет я пытался присоединиться к цирку.
— Ну и как, получилось? — я хихикнула, положив подбородок на сложенные перед собой руки.
— Ну, я упаковал чемодан, взял свою любимую ковбойскую шляпу, схватил обезьянку — Герберта, и сказал маме — «Мама, я ухожу в цирк. Не пытайся меня остановить. Я напишу тебе, как только буду на месте», — его глаза так искрились, что я невольно сравнила их с ночным небом, где светится миллиард маленьких светил.
— И что она сделала? — спросила я, чувствуя, как моя улыбка становится до невозможности широкой. У меня даже щеки заболели.
— Она сказала, — Джаспер сильно рассмеялся, и на секунду прервался. — Что будет скучать по мне, а также попросила быть осторожным по дороге.
— Но ведь она все равно тебя не отпустила, — мягко размышляла я. Эсми меня точно бы не отпустила.
— Нет, — он медленно покачал головой. — Она следовала за мной на машине целый квартал. Я стоял на углу дома около пяти минут, понимая, что никак не могу пересечь дорогу. Я даже и не знал, что вообще мне нужно делать, чтобы попасть на другую сторону.
— А что ты сделал потом?
— Моя мама вышла из машины со словами — «Джаспер, милый, ты же понимаешь, что я буду ужасно скучать по тебе? Почему бы тебе не подождать еще несколько лет прежде, чем ты покинешь нас?» — Джаспер запустил руку в свои песочные локоны и откинулся на спинку стула. — Я согласился, хотя очень неохотно. Но мне пришлось все таки сесть в машину.
— Хорошо, что она смогла переубедить тебя.
— Да, — Джаспер кивнул, полностью со мной соглашаясь. — Когда мне исполнилось десять лет, я решил, что больше не хочу быть клоуном.
— Почему же?
Светловолосый сосед недоверчиво посмотрел на меня и покачал головой.