— Они слишком жуткие. Ты когда-нибудь видела фильм «Оно»? — неуверенно спросил мужчина.
— О, — я кивнула, наконец, понимая о чем он говорит. — Этот фильм до чертиков меня перепугал, — я засмеялась. — После просмотра я еще целый месяц не могла спокойно спать, — я вздрогнула, вспоминая Пеннивайза.
— После этого я еще какое-то время хотел быть пожарным. Но когда понял, что мне придется заходить в горящие здания, то сразу отказался от этой идеи.
Я звонко рассмеялась и начала рисовать круги на стакане.
— Неужели ты не знал этого? — подразнила я.
— Черт, нет, я просто хотел прокатиться по пожарному шесту, — после слов Джаспера мы вместе рассмеялись над детским абсурдом. — Наконец, в средней школе я нашел свое призвание учителя, — закончил он.
— Это вся история? — полюбопытствовала я, неторопливо заправляя прядь волос за ухо.
— Ну, по большей части — да, — согласился бывший клоун, отодвигая пустую чашку. — Еще в Техасе мы были втянуты в гражданскую войну. Думаю, это было неизбежно, — Джаспер непосредственно пожал плечами.
— Ах, так вот откуда твой акцент, — отметила я, снова улыбаясь. — А то я никак не могла понять.
— Да, мэм, — его акцент с этой фразой стал еще более заметным.
Несколько минут мы просто в тишине разглядывали друг друга, атмосфера накалялась, и я уже чувствовала электрические импульсы, которые нас окружили. Я тревожно прикусила губу и стала наблюдать за его жестами. Блондин быстро покачал головой, неохотно отрывая взгляд от моих губ, после чего наши взгляды снова встретились.
— Ты всегда жила здесь, Элис? — его небесные глаза были направлены на меня, но мне почему-то казалось, будто он смотрит сквозь.
Я кивнула, стараясь не разрывать контакт наших взглядов.
— Рождена и воспитана, — я вздохнула, воздух в этой комнате стал слишком густым. — Моя семья по-прежнему живет в этом городе.
— У тебя есть братья или сестры?
— Да, — я издала тихий стон. — Два брата: Эммет, он самый старший и раздражает больше всех, а еще Эдвард — мой близнец. Пусть Эдвард и дальше настаивает, что он старше, хотя он просто вышел из утробы матери на две минутки раньше.
— Так это Эдвард катает тебя на качелях? — спросил он, указывая большим пальцем себе за спину, в направлении гостиной.
— Да, на самом деле, он очень хороший.
Джаспер подарил мне ласковую улыбку и снова откинулся на спинку стула, заложив руки за спину. У него был безумно расслабленный вид.
— Все родные такие, так что я и не ожидал ничего другого, — буркнул голубоглазый, и я закатила глаза.
— Не обязательно расти вместе... да и это иногда действует на нервы, — я старалась не обращать внимания на то, как раньше брат меня защищал. В старшей школе это был кошмар.
— Верно, — задумчиво прошептал Джаспер. — Но держу пари, что в глубине души ты безумно его любишь.
— Ты прав, — согласилась я. Все таки это была чистая правда. Я подняла наши стаканы со стола и направилась к стойке. — Хочешь еще кофе?
Джаспер махнул рукой в знак протеста и слегка похлопал себя по животу, который, могу поклясться, был накаченным и сексуальным, даже после выпитого большого стакана кофе.
— Все отлично, спасибо, Элис.
Я кивнула и подошла к раковине, чтобы помыть чашки. Глянув в окно, я заметила, что небо уже изрядно потемнело. Луна светила высоко в небе, и звезды ярко мерцали, помогая освещать открытые участки земли.
— А у тебя есть братья или сестры, Джаспер?
— Нет, я единственный ребенок в семье.
— Значит, только ты и твои родители? — спросила я, поставив чашки на полку.
Он внезапно замолчал и я испугалась, что затронула что-то личное. Я выключила воду и повернулась к мужчине.
— Их нет, — тихо ответил блондин, его глаза наполнились неизъяснимой грустью, вся прежняя живость исчезла из чистых озер. — Они погибли несколько лет назад.
— Ох, Джаспер, прости, мне очень жаль, — виновато произнесла я и закрыла глаза. Черт, надо же так опозориться. — Я не знала...
— Конечно, ты не знала, Элис. Все в порядке. Это случилось давно, и я уже смирился, — заверил Джаспер с улыбкой, пытаясь меня успокоить. Но я видела, что он не в порядке, ему до сих пор больно об этом говорить.
— Ты все еще чувствуешь это, — уверенно ответила я. — Мне правда очень жаль. Пусть я и не знаю на собственном опыте, каково это — терять кого-то важного... Но я представляю, насколько это больно. Жизнь после такого меняется.
Он какое-то время молча за мной наблюдал, и мне показалось, будто он раздумывает, нужно ли задавать вопросы о том, что же я имела в виду. К счастью, он этого не сделал.