Ещё одним распоряжением госпожи было опечатать оставшиеся от погибшей Ацерронии вещи и разыскать её завещание. Воистину, Агриппина отличалась редкой трезвостью.
На вилле Нерона никто не спал. Узнав, что покушение не совсем удалось, Нерон пребывал в смятении чувств, не зная, жива мать или нет. Услыхав от посланца, что мать спаслась, он перепугался. По требованию Цезаря были немедленно разбужены и доставлены к нему Сенека и Бурр, - из чего можно заключить, что оба они были в Бавлах, хотя неясно, присутствовали ли на прощальном пиру с Агриппиной. Нерон потребовал помощи у советников. Оба достойных мужа не знали о готовившемся покушении (или делали вид?). Услыхав о случившемся, поражённые, они долго молчали. Их положение было затруднительным, что и говорить.
- Если её не остановить, я погиб! - неистовствовал Нерон.
Наконец Сенека, прервав опасное молчание, обратился к Бурру с мрачным вопросом, вправе ли префект претория отдать воинам приказ умертвить Агриппину. Бурр твёрдо напомнил, что преторианцы связаны присягой верности всем членам дома Цезарей. Раз уж Аникет взялся за такое дело, пусть доводит его до конца, не заставляя преторианских воинов нарушить присягу. Аникет, не отходивший от Нерона, вызывающе подтвердил, что выполнит всё, что ему поручит Цезарь.
- Значит, подарить самовластие мне берётся отпущенник! - гневно упрекнул наставников Нерон. В будущем оба вельможи поплатятся за увиливание: Бурр будет отравлен, а Сенеке прикажут покончить с собой.
Прежде чем отправиться на дело, Аникет придумал ещё кое-что для полного изобличения Агриппины. Её посланца вызвали , чтобы он повторил порученное госпожой, и пока он говорил, к его ногам подбросили нож, тут же обвинив его в намерении убить Цезаря.
Меж тем весть о случившемся ночью кораблекрушении, при котором чуть не погибла мать Цезаря, стремительно распространилась по окрестностям. Вскоре весь берег покрылся народом. Родительница Цезаря, Августа Агриппина, вдова почившего Клавдия; женщина, чьи статуи стояли на площадях, а профиль чеканился на монетах, чуть не утонула ночью. Взволнованные люди расспрашивали о подробностях, сетовали, горевали, молили богов о помощи. Когда же стало известно, что Агрипина жива, ликующая толпа устремилась к её жилью выразить свою радость. Движение остановил внезапно появившийся воинский отряд. После недвусмысленных угроз толпа неохотно рассеялась.
Виллу Агриппины оцепили воины. Внутрь вошёл Аникет в сопровождении нескольких человек. Оттолкнув слуг, преградивших вход в спальню госпожи, он ворвался туда.
Агриппина лежала в полуосвещенном покое, страдая от раны. Её тревожило, что посланный к сыну отпущенник не возвращался , и, значит, с ним случилось что-то нехорошее. Внезапно в спальню донёсся шум снаружи и топот многих ног. Служанка, находившаяся подле госпожи, испуганно скользнула прочь.
И ты меня покидаешь! - попыталась удержать её Агриппина.
Она замолчала, увидев ворвавшихся в спальню вооружённых людей и Аникета впереди всех. Привстав на постели, Агриппина остановила их властным голосом:
Стойте! Аникет, если ты прислан проведать меня, то передай Цезарю, что я поправилась. Если же ты пришёл совершить злодеяние... Я не верю, что такова воля моего сына!
Но убийцы уже окружили её ложе, ещё не решаясь начать. Аникет, берясь за меч, ободряюще кивнул помощникам — триерарху (капитану) и флотскому центуриону. Первой ударил женщину палкой по голове триерарх. Она попыталась вскочить, но увидела занесённый Аникетом меч. Тогда, подставив живот, она с ненавистью крикнула:
Рази в чрево!
Агриппину убили, нанеся ей множество ран.
-----------------------------------------
Обошлись с Агриппиною крайне жестоко. Но вспомним множество людей, лишённых жизни по её неистовой воле. Домицию Лепиду, злосчастную Лоллию Паулину, Нарцисса, Клавдия, которого она отравила чуть ли не собственноручно; множество других знатных и незнатных жертв; вспомним главное создание её жизни - Нерона. Сотворённое ею чудовище, матереубийца, плоть от плоти Агриппины. Так виновна она или нет?
Но поступили с нею бесчеловечно.
Её тело предали огню на побережье и там же погребли прах , так и не попавший на своё законное место в гробницу Августа. У погребального костра Агриппины покончил с собой молодой отпущенник. О нём ничего не известно, кроме имени (Мнестер).
После убийства матери Нерон долго побаивался возвращаться в Рим. Народу придумали сообщить, будто Агриппина, изобличённая в покушении на сына, сама лишила себя жизни. Никто этому не поверил. Подхалимствующий сенат радостно встретил вернувшегося Цезаря, поздравляя его со спасением и благодаря милостивых богов.