Ни Бурр, ни тем более Сенека не хотели содействовать расправе Нерона с матерью. Склонность юного Цезаря к матереубийству вызывала отвращение. Они приняли сь успокаивать её, однако Агриппина, показывая, как глубоко она оскорблена выдвинутыми обвинениями, потребовала немедленного свидания с сыном.
То ли Нерон, протрезвев, сам понял ужас своих намерений, то ли при дневном свете обвинения Силаны выглядели неубедительно, - но Агриппине удалось убедить сына в отсутствии всяких своих связей с Плавтом. Более, она добилась ссылки Силаны; помощники клеветницы были наказаны. Казнили только одного отпущенника, на которого указала Агриппина. Это был любовник Домиции, и она не смогла отказать себе в удовольствии снова лишить ту избранника.
Домиция, тётка Нерона, расхворалась от расстройств, и племянник явился проведать родственницу, в доме которой провёл первые годы жизни. . Старуха лежала в постели. Тронутая таким вниманием, она погладила щёку Нерона со словами: «Увидеть бы мне твою бородку, тогда и помирать можно.» Племянник, обернувшись к приятелям, со смехом заявил: «Да я хоть сейчас готов побриться!» Мило, не правда ли?
---------------------------------------------
Сорокалетняя Агриппина снова могла чувствовать себя победительницей, однако, понимая, как зыбко её положение, предпочла удалиться в Анций, в своё имение, чтобы уединённо провести лето. Она уже знала, что сын помышлял казнить её, - пусть спьяну, но прилюдно высказывал такое намерение. Если Бурр и скрыл от неё это, то Сенека промолчать не мог. Предупредив её о грозной опасности, он надеялся отвести беду от готовой начать новую игру безрассудной женщины. Сестра незабвенной Юлии как по крови, так и по несчастьям, Агриппина была всё ещё близка его сердцу.
В те дни жить в городе сделалось небезопасно. По ночам на улицах стали злодействовать шайки, ловившие прохожих, избивавшие и грабившие их. Даже богатые люди, в одиночку не разгуливающие, терпели насилие. Однажды нападению подвергся знатный молодой человек, возвращавшийся с женой домой. Он мужественно вступил в схватку с разбойниками, сразил ударом одного и, съездив по уху другого , узнал Нерона. Разумнее всего было бы поскорее бежать с женой в охапке, но он, растерявшись, начал просить у Цезаря прощения. Приятели поскорее увели раздосадованного Нерона прочь, а Рим наутро узнал, кто бесчинствует на ночных улицах. Синяк, украсивший Цезаря, дорого обошёлся смельчаку: молодого человека заставили покончить с собой. Нерон своих ночных вылазок не прекратил и после этого случая, но стал выходить на прогулки в окружении воинов и гладиаторов.
Следующие два года Агриппина прожила вдали от Рима в Анции. Она всячески опекала Октавию, безропотную, покорную девушку, с которой связывала многие надежды. Если Нерон когда-нибудь вспомнит о жене и у супругов родится сын, всё может измениться к лучшему. Да и многомудрые мужи Бурр и Сенека, к которым попрежнему Нерон прислушивался, сумеют уговорить его взяться за ум. Наступит, должно наступить время, когда мальчик перебесится. Но пока Агриппине не было покоя от каких-то людей, выкрикивавших оскорбления у ворот её дома и даже швырявших камнями , когда она проезжала в носилках. Не составило труда выяснить, что безобразникам за это платили, но кто — они и сами не знали. Враги продолжали сводить с нею счёты, подозревая, что она всё ещё не укрощена. Их подозрения были обоснованны: она и не думала смиряться, но копила силы, деньги, друзей, уверенная, что продолжит борьбу.
Столичные новости о череде новых безобразий, чинимых Цезарем, веселили её. Пусть Рим узнает, на что способен Нерон, - сын, который хотел убить мать. Никакого почтения к родительнице, никаких тёплых чувств у него нет. Пустой, никчёмный юнец. Впрочем, понимая это, она не осуждала сына: ведь и у неё материнские чувства так и не пробудились.
Услыхав, что возле Нерона появилась женщина, на которой тот собирается жениться, Агриппина сначала презрительно отмахнулась, но, всё время слыша о возрастающем влиянии новой любовницы на сына, встревожилась. И было от чего. Соблазнительница звалась Поппеей Сабиной, хотя её настоящее имя было Оллия. Она его отвергла , пожелав зваться именем матери — знаменитой красавицы , погубленной Мессалиной. Историк так характеризовал новую возлюбленную Нерона: «У этой женщины было всё, кроме честной души». Что тут прибавить?
Бросив мужа и сына, Поппея проникла на Палатин при помощи Отона, закадычного приятеля Нерона. Старше годами, опытней и хитрей двадцатилетнего Нерона, она целеустремлённо добивалась своего — звания супруги императора. . Сразу поняв, что главным препятствием будет не Октавия, но Агриппина, она сделалась беспощадным врагом матери Цезаря, отторгнутой, прозябавшей в ничтожестве, но всё равно опасной. Впоследствие эта Поппея способствовала гибели не только Агриппины, но и множеству других людей. Воспитанная кормилицей-еврейкой, почитавшая с детства иудейское божество и владея чужим языком, она хорошо разбиралась в религиозных распрях, сотрясавших иудейскую общину - «в волнениях, вызванных Хрестом» по выражению Тацита. Скорее всего именно она и указала Нерону на христиан, когда тот искал виновников великого пожара Рима.