Весьма неприятной новостью для Агриппины стало изгнание Суллы, знатного патриция, в числе предков которого числился Август — то есть, одного из возможных соперников Нерона во власти. Наравне с Рубеллием Плавтом он мог быть кандидатом в супруги Агриппине, решись она бороться за власть вооружённым путём. Тревожные заботы заставили её наведываться в Рим. Поппею она ненавидела пылко и страстно, ещё не видя её, а, едва встретив и оценив красоту и молодость той, а также бесстыдство и настойчивость, поняла, что предстоит борьба насмерть. Речь шла теперь уже не только об Октавии, права которой она отстаивала, а о безопасности самой Агриппины: Поппея побуждала Нерона развестись с женой, а мать отправить в ссылку на какой-нибудь пустынный остров. Убедилась Агриппина и в том, что Сенека, Бурр, Паллант относятся к ней не с прежним дружелюбием, но даже отстраняются, опасаясь прослыть её сторонниками. Её обрадовало, что сын больше не относится к Сенеке с прежним почтением, какого заслуживает воспитатель, а Бурр явно тяготит его, так что отныне она не очень нуждалась в обоих. Снова в борьбе с целым миром ей приходилось рассчитывать только на себя.
Сорока пяти лет от роду, она была полна сил. Не хочется упоминать о новых уловках, к которым прибегла неугомонная женщина в борьбе за власть, но историки с негодованием свидетельствуют об этом , так что не умолчать. Агриппина пыталась совратить сына, похотливость которого была ей известна. Являясь во дворец нарядной и разукрашенной, в часы, когда Нерон пировал, она занимала место на ложе рядом с ним. Её страстные поцелуи и недозволенные ласки стали замечать смущённые гости. Упивавшемуся винами и собственным величием Нерону происходившее весьма нравилось.
Сенека, зная безрассудство Агриппины, встревожился. Его действия были решительны и продуктивны. За помощью он обратился к Акте, сохранявшей с Нероном доверительные отношения . Женщина заботливая и сноровистая, она охотно взялась помочь отвратить беду. Явившись к Нерону, Акте открыла свою озабоченность: в народе распространяются слухи о чудовищном кровосмешении, происходящем на Палатине, которым уже бесстыдно похваляется Агриппина. Если это правда, подобное нечестие вызовет великий гнев богов, над Римом нависнет опасность, а войска не потерпят над собой власти запятнанного несмываемым позором императора. Угрозы подействовали на Нерона. В 21 год он ещё не полностью растерял остатки нравственности, как это случилось к бесславному концу его жизни (наступившему в 32 года). Избавиться от преступных намерений ему было тем легче, что, по совету Акте, Цезарю доставили гетеру, славившуюся сходством с Агриппиной. Волнения улеглись, все были довольны, и даже Поппея, так как Агриппина больше не появлялась во дворце.
----------------------------------
Для Агриппины наступила тяжёлая пора. На Палатине распоряжалась Поппея, полностью завладевшая вниманием Нерона. Хитрая женщина, слёзно жалуясь на препятствия, чинимые ей Агриппиной, называя самолюбивого принцепса обездоленным сиротой, покорным чужим велениям и лишённым свободы действий, она угрожала покинуть его и вернуться к мужу, если более не нужна Нерону. Тот и сам тяготился матерью , воля которой продолжала его угнетать. Пока она жива, ему ни жениться на возлюбленной, ни — главное — выступить публично в цирке или в театре, чего ему давно страстно хотелось. Ведь он считал себя великим артистом и прекрасным возницей, но не мог упиться заслуженной славой, пока этого никто не видел. Что могла сделать мать, осмелься он нарушить запреты? Да что угодно. Он не забыл, как она в запальчивости обещала огласить преступления, совершённые ею ради его прихода к власти. Посягни на неё, и она способна попросить защиты у преторианцев. Или ещё хуже — бежать к германским легионам, где до сих пор почитают память Германика, её отца. А то объявить его фальшивым Цезарем, усыновлённым отпрыском чужого рода, а то ещё хуже - незаконнорождённым!