В результате своих безуспешных опытов генетики и пришли к убеждению, что условия внешней среды, условия воспитания не играют роли в изменении природы растения. На самом же деле они, просто не умея, не понимая, проводили опыты, поэтому природа организмов и оставалась «неизменной».
Убеждён, что у нас, совместно с хатами-лабораториями, эти опыты пойдут значительно успешнее, залогом чего является всё то, что нами уже проделано в этом направлении, и все те безграничные возможности для настоящей научно-исследовательской работы, которые имеются в нашей социалистической стране. Если вдуматься в сущность уже полученных результатов переделки природы растения, то легко придти к аналогичным примерам возможности получения и более «диковинных вещей».
Хлопчатник в средней части нашего Советского Союза, хотя бы в Московской области, не может выращиваться потому, что ему не хватает тепла, — слишком холодно. Но ведь мы теперь убеждены, что его природу путём воспитания можно так переделать, что эта температура, которая была слишком низкой, окажется для новой природы хлопчатника даже высокой. К постановке аналогичных опытов коренной переделки природы хлопчатника путём воспитания мы уже приступили.
Эти опыты открывают грандиозные перспективы для действенного вмешательства людей социалистического общества в изменение природы растительного мира. Овладев по-настоящему этими закономерностями, в короткие сроки можно будет создавать невиданные по морозостойкости сорта пшеницы для суровых районов нашего Советского Союза. Многие южные растения можно будет передвигать в северные широты и, наоборот, северные растения — в южные и т. д. Весь вопрос заключается только в том, чтобы по-деловому взяться за разрешение этой глубоко научной проблемы. Не откладывать его в долгий ящик, а на основе того, что нам уже сегодня известно, всей массой дарвинистов-учёных и опытников-колхозников дружно делать практически полезное для колхозов и совхозов дело.
Хаты-лаборатории должны участвовать в разрешении и самых трудных агробиологических научных проблем. В хатах-лабораториях уже вырос актив, который может, плечом к плечу со специалистами научными работниками, поднимать и разрешать сложные научные вопросы. Надо также смелее выдвигать из актива хат-лабораторий новых людей в наши научно-исследовательские институты и станции. На Украине есть 8 селекционных станций. Кое-кто говорит, что нехватает кадров для селекционной работы. Но если взять даже трижды по восемь селекционных станций, то и для них можно подобрать селекционеров из хат-лабораторий, и эти селекционеры, как показала практика их работы, будут не хуже, а во многих случаях лучше тех числящихся селекционерами научных работников, которые за десятки лет селекционной работы ни на волосок не улучшили семян той культуры, с которой они работают. Колхозная хата-лаборатория ведь не может вести свою исследовательскую работу, обслуживая всю область. Для этого нужны деньги и соответствующие формы организации. Колхозные же хаты-лаборатории должны проводить и проводят свою работу, научно обслуживая свой колхоз. И тех товарищей из актива хат-лабораторий, которые уже переросли рамки работы хаты-лаборатории, надо смело выдвигать для научно-исследовательской работы в качестве специалистов институтов и станций.
Сила советской науки ведь и заключается в её связи с массами, сбросившими двадцать лет назад иго эксплоататоров и познавшими радость свободного труда под руководством гениальнейшего вождя трудящихся всего мира товарища Сталина, под руководством великой Коммунистической партии, ведущей страну от победы к победе, под великим непобедимым знаменем Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина.
Впервые опубликовано в 1937 г.
Внутрисортовое скрещивание и менделистский «закон» расщепления (1938)
Обработанная стенограмма доклада на семинаре по вопросам семеноводства (Всесоюзный селекционно-генетический институт, 15 апреля 1938 г.)
Основное в вопросе семеноводства — это знание и умение выращивать хорошие семена той культуры, которой занимается данный семеновод. Нельзя рассматривать науку о семеноводстве (а многие склонны были рассматривать — да и теперь ещё рассматривают её) как придаток к генетике и селекции. На самом же деле семеноводство — это один из основных разделов агронауки, включающий в себя все другие разделы науки, говорящие о жизни и развитии растений.
В первую очередь в семеноводство входит тот раздел науки, который занимается изучением закономерностей изменчивости и наследственности, то есть генетика. В семеноводство входит и агротехника, говорящая, какие условия нужно создавать для того, чтобы выращивать определённого качества семена. В семеноводство также входит селекция, говорящая о том, какие растения, когда и как отбирать на племя. Помимо всего этого, семеноводство имеет ещё свою собственную специфику. В общем семеноводство — один из основных разделов агронауки, а не придаток к генетике и селекции.