Выкатывающееся из-за гор солнце подгоняло в спину, и я, как могла, торопила ступу. Неопределенное «поутру» не давало покоя. Просто они тут живут, без чёткого отслеживания времени. Ложатся с курами и встают с петухами. Поутру, к обеду, на закате — временные понятия, не требующие пунктуальности. Может, оно так и лучше, когда не думаешь, сколько минут прошло и сколько часов осталось. Живёшь в единении с природой, встречая восходы и провожая закаты... Но у меня сейчас на счету каждая минутка.
Фигуру, закутанную в чёрный плащ, стоящую у кромки воды, увидела издали. Туда и направила ступу. Мне настолько не терпелось как можно скорее дотронуться до Филиппа, что приземлялась, почти не погасив скорость. Многострадальный аппарат, переживший за эти три дня, наверное, больше, чем на испытаниях, врезался в песок, пропахал в нем глубокую канаву и, накренившись, остановился, уткнувшись в склон.
— Что так неосторожно?! Яйцо не пострадало? — царь любезно подал руку, затянутую в чёрную перчатку.
— Цело твоё яйцо! — повесила на раскрытую ладонь корзину и спросила: — Кот где?
— В шатре почивает. Такой лежебока, ни разу даже погулять не вышел. Зарылся в подушки и спит, — махнул рукой вверх по течению Кощей, насмешливо информируя о состоянии моего фамильяра.
— Умирает он, а не спит, — рявкнула я, подхватила юбку и бросилась в ту сторону, куда махнул собеседник.
— Почему умирает? — широко шагая рядом, спросил работодатель.
— Потому, что мы неразрывно связаны. Он без меня погибнет! — ответила, запыхавшись от бега.
— Так что же ты не сказала? — от удивления собеседник даже остановился.
— Говорила! Ты что, не слышал?
— Думал, что просто ради красного словца...
— Не делай того, что не умеешь, — буркнула я себе под нос.
Кощей не отреагировал на хамство, то ли сделав вид, что не услышал, то ли учёл моё состояние. Обогнал, приподнял свободной рукой полог шатра и, игнорируя слуг с чашами для омовения рук, магией разметал лабиринт из занавесей, освобождая проход. Разыскивая Филиппа, безжалостно разбрасывала нарядные подушки по подиуму и на пол. Кот лежал, свернувшись клубком, но дыхания не было видно. Почему?! Ведь прошло всего два дня, а запас жизненных сил почти закончился. Осторожно подняв пушистое тельце любимца, присела на край возвышения, положила на колени, прижавшись солнечным сплетением, и раскрылась, вливая в кота магию.