— Как?! — только и смогла выдохнуть я.
— Похоже, когда я получал твою энергию, то ненароком зацепил некоторые воспоминания… — увидев, как я нахмурилась, Кощей приподнял руки открытыми ладонями к груди и, глядя прямо в глаза, заявил: — Клянусь, что никогда и никому не скажу о том, что увидел и узнал. Хотя там и не было ничего такого… Отчётливо только украшения видел. Их и заказал ювелирам своим. Некоторые пришлось повторно делать. Афине понравились аметисты, янтарь и турмалины.
Отойдя от шока, встала с лавки и чинно поклонилась:
— Принимаю с благодарностью. Угодили — от души говорю, — потом, вспомнив о втором яйце, добавила: — У меня для тебя тоже подарок есть. Свадебный.
На яйцо Кощей смотрел равнодушно. Даже обидно стало. Можно сказать, от сердца оторвала, а он даже бровью не повёл, суккубий сын!
— Не нравится подарок?
— Без надобности он мне. Оставь себе, вдруг пригодится. Ты мне помогла резерв магический расширить, и я теперь действительно могучий колдун. Знаний всегда было много, а теперь и сила есть.
— Лишь бы ума хватило всем этим правильно распорядиться, — забирая непринятый подарок со стола, проворчала в ответ.
— Не сердись, Агуня! — поднялся Кощей. — Ты мне сделала подарок намного ценнее. Было пророчество, что, если в течение года моя магия не войдет в полную силу, я так и останусь недоколдуном.
— Об этом тебе Рябокура напомнила в моём сне?
— Да. Удивительное существо: несёт яйца, наполненные силой, может предсказать будущее, явившись во сне. Жаль, что живёт далеко. Было бы интересно познакомиться.
— Что мешает? Ты теперь Навью ходить можешь беспрепятственно.
— А ориентироваться на что?
— Трофим, далеко ли ты тесёмки прибрал?
Домовой, как фокусник, достал из кулака несколько разноцветных витых шнурочков, которые я забыла, торопясь спасать Афину. Выбрала один и протянула царю:
— Точно такой же, с таким же наговором, привязан у порога пещеры Дедобаба. Подойдёт?
Пестрые кусочки шерстяных ниток, переплетённых между собой умелыми лапками домового, обрадовали гостя больше, чем драгоценный артефакт.
— Вот это ты меня одарила, ведьмочка! — он крепко зажал в кулаке подарок и потянулся губами к моему лицу.
Шустро отскочила подальше и руки вперёд выставила:
— Нет уж, дорогой друг! Давай обойдёмся без поцелуев. Я безмерно благодарна тебе за то, что стала прежней, но давай больше не будем экспериментировать!
— Что не будем? Экспри… экмити… Не понял, что ты сказала, — растерянно и немного виновато смотрел на меня Кощей.
Опять мой безудержный язык выдал слово, не соответствующее эпохе.
— Забудь! Это я от страха мелю незнамо что, — попыталась я сгладить неловкость.
— Ты часто говоришь непонятные слова. Это язык драконов? — не хотел «забывать» мой промах собеседник.
«Это язык безмозглых болтушек, проваленных явок и рассекреченных шпионов!» — прозвучал в сознании упрёк фамильяра.
— Драконьего языка не знаю. То, что ты выпил, мне давала капля крови, которую знакомый влил в рану, спасая от смерти, — ответила на вопрос абсолютно правдиво, невольно прикрыв ладонью место на груди, куда вонзился кинжал. — Больше мне сказать нечего. Разве что попрощаться.
Кощей понимающе кивнул, что-то прошептал, подтвердив жестом, и шагнул в полосу серого тумана, от которой несло холодом и печалью. Ещё миг — и нет уже ни царя, ни прохода, в который тот ушёл.
— Вот же бестолковый! — заохал Трофим. — Нельзя в дом Навь пускать. Чистить теперь избу надо.
— Может, сначала меня покормить? — взмолилась я.
Бедный домовой не знал, куда бежать и что делать. Пожалев старика, взяла несколько ватрушек со стола, сложила в холстинку чистую, завязала узелком, положила в корзину и пошла к выходу.
— На свежем воздухе поем.
— В кладовке простокваша в крынке и мёд в мисочке, — виновато, но непреклонно выпроваживая нас с котом из горницы, посоветовал расширить меню домовой.