Выбрать главу

Сам бы Макс только фыркнул на такие предположения. При чем тут рост, одежда и довольно неприятного вида ножик, висящий у незнакомца на поясе? Нет, оружие тут совершенно ни при чем. Просто не понравился ему этот мужик — и все. И извиняться перед ним еще раз никто не собирается! Хватит с него Славкиного извинения.

Похоже, хозяин понял, что не все здесь рады его появлению:

— Честь… — начал он, и улыбка его стала слегка напряженной. Ненадолго. Занятые друг другом, взрослые как-то подзабыли, что в доме имеется ребенок. А зря. Осознав, что процедура знакомства заканчивается, причем — какая несправедливость! — без нее, Яна мгновенно высунулась из своего укрытия за спиной Славкиного кресла и принялась за любимое дело — привлекать к себе внимание.

— У вас хорошая крыша! — малявка ворвалась в разговор с изяществом танка, вломившегося в курятник. И тем же эффектом. Мужчина уставился на девчонку так, будто из пола внезапно вырос кактус и заговорил с ним человеческим голосом. — И весь дом хороший! Правда, Штушенька?

Маленькая ручка погладила зависшего на джинсовом нагрудничке мокрого пушистика, и две пары глаз, мило хлопая ресничками, уставились на объект интереса.

— Э-э? — выдавил счастливый хозяин хорошего домика.

Готов.

Что его так удивило, интересно? Прямо до онемения. Макс тоже не отказался бы от такого умения. Хорошо все-таки женщинам — у них искусство выносить мозги, наверное, дается как одна из комплектующих, прямо с рождения. Сколько раз наблюдал за конкурентками: там, где парням нужно было убеждать, уговаривать, обещать скидки и расписывать выгоды, девицам достаточно нежно что-то промурлыкать и прицельно-нежно осиять объект взглядом. И все — тот таял и раскошеливался, а потом упархивал, сжимая в руках совершенно ненужную ему фигню, как талию любимой.

Вот и здесь то же самое. Классический случай охмурения, от и до. Зачем только?

— Тут все такое интересное! — упорно продолжал попытки охмурения «кактус». — И печка, и кровати. И светильники, которые зажигаются сами!

— Светильники? — наконец среагировал мужик, на миг вынырнув из тяжелого недоумения.

— Ну вот эти камушки на стенках! Сами зажигаются, сами выключаются, когда не нужны! — обрадованная ответом, маленькая женщина затараторила вдвое быстрее. — Где вы купили такие? А меня зовут Яночка! А вас?

— Яна, — предостерегающе одернул Славка.

— А вы мне Штушу подарите? — «не услышала» его маленькая оторва. — Мы подружились!

И Макс невольно ухмыльнулся, уразумев, в чем дело. Малявка просто боится, что настоящий хозяин отберет у нее это мелкое мокрое неизвестно что! Поэтому и тараторит, строя из себя девочку-зайчика. Ну, мелочь! Нет, сколько ни учись, а до женщин в искусстве пудрить мозги мужик все равно не дотягивает…

Но веселое щебетанье все-таки как-то разрядило обстановку, и незнакомец уже спокойнее представился сам:

— Олис, — и, помедлив, добавил, — Эркки.

— Ну вот и познакомились, — после паузы проговорила Ирина Архиповна. — Мы здесь немного похозяйничали, надеюсь вы не в обиде. Садитесь, отведайте ужин. Расскажете нам о здешних краях? Мы издалека, и пока мало что знаем о местных обычаях.

— Бабушка, ты скажешь, чтобы он не забирал Штушу? — громким «конспиративным шепотом» напомнила малявка.

— Кого?

— Ну что, пойдем тогда домой?

— Угу…

Домой. Я мрачно покосился на избушку. Отсюда, с площадки между скал, избушка казалась игрушечной. Ровные, будто по ниточке, бревна стен, блестящая под лучами солнца крыша. Вчера неожиданно потеплело, и стаявший снег приоткрыл аккуратно уложенную деревянную черепицу. Как чешуя дракона… если, конечно, на драконе бывают сосульки. А что, похоже. Удивленный неожиданным сравнением, я присмотрелся. И правда — надстройка на крыше (для хранения припасов) напоминала драконью голову, голову, ведущий к ней проход — шею, а справа и слева дракон «распахнул крылья», прикрывая баню и решетчатые сарайчики с поленьями и «горюч-камнями». Хвост (небольшой навес для просушки то ли трав, то ли просто белья) чудовище подобрало, мирно устроившись баиньки. Только выступающая двойная труба не вписывалась в образ. Сошло б за рожки, но почему на спине, и почему только с одной стороны?