Один надзиратель Следящий («зовите меня Старшим, юный Крылатый!» Джедай, блин, недобитый…) вполне себе бодро махал крыльями. И еще успевал мотать нервы всем троим. Славке — вопросами и увертками в стиле «знать тебе это рано еще, о юный падаван». Ага, не выношу я джедаев. Как догадались? Ну их нафиг, добрых, мудрых и светлых. Посмотреть будущее у них, видите ли, мудрости хватило, а помочь мальчишке выкупить маму — мимо кассы? Это не по-светлому? Целый Орден Добра, мать его так, и что? Планету перетряхнуть, чтоб принцессе, значит, власть вернуть — самое то, а мальчишка и так перебьется. Ну да, он же не принцесса. Каждому сопливому пацану помогать — светлости не хватит. Тьфу!
Мне с этого непрошеного воспитателя с какого-то лиха достался сначала резвый допрос, а потом странный взгляд и загадочное пожелание не опережать ветер. Пока я соображал, что это значит, и почему на меня смотрят, как больного котеночка, джедаистый тип уже отвалил и принялся за драконку.
Ритхе выносили мозг воспитанием. Нет, дурацкого вопроса «Как ты могла?» самозваный воспитатель не озвучил. То ли был умней наших детдомовских воспиталок, то ли не по-драконьи это. Вместо этого на голову Ритхе холодным дождичком сыпались варианты ее неслучившегося будущего. Невеселые, скажем так, варианты. Мы, в принципе, сами понимали, что судьба, подбросив нас в тот подвал, сработала на Ритхину удачу. Но до сих пор не понимали, как сильно ей повезло. Те бандосы были, конечно, звери и твари, но это всего лишь обычные бандюги. В крайнем случае, девчонка просто умерла бы там. А ведь могли быть и другие варианты. С нелегальным драконьим питомником. С охотничьей гильдией, что по слухам, спелась с кое-кем из магов, и теперь норовит брать драконов живыми, но моментально калечит, так, чтоб было не вырваться… С самими магами и тайными лабораториями. С ренегатами, которые неплохо освоили разделку драконов на ингредиенты…
Даже я проникся. Да что я — даже наш чародей-недоучка. Он, правда, сначала попытался рыпаться, но Старший, недобро наклонив голову, рыкнул что-то про седьмой пункт в каких-то уложениях, и Терхо притих. Забился поглубже под крыло и что-то безрадостно соображал. Ритха, наверное уже триста раз проклявшая свою дурость с побегом, покорно терпела. А что ей оставалось?
А потом мы прилетели. Горы, уже давно смутно маячившие впереди неясной темной массой, вдруг как-то выросли, надвинулись, дохнули ледяным ветром… очень знакомо дохнули.
И я невесело хмыкнул, присмотревшись к знакомой вершине с косо срезанной верхушкой. Кажись, именно на этой неровной площадке я таращился в незнакомое небо и пытался попасть замерзшими пальцами по кнопкам сотового? Вон там, у выгнутой подковой скалы, мы кое-как спускались, и «слабак на инвалидном кресле» ругался и кидал в меня снежками, заставляя встать и топать вперед, мужик я или кто? Так нефиг расклеиваться! Подъем, Макс! Ну, давай, ну вон там впереди огонек, видишь? Ну еще немного…
Задыхающийся Славкин голос зазвучал в ушах почти как тогда, и я невольно покосился на летящего рядом дракона. Он оживленно болтал со Старшим, но взгляд почуял и повернул голову: что, мол, такое?
Я отмахнулся крылом, отвел взгляд, а сам продолжал вспоминать… свое высокомерное «пацан» и его упрямство, с которым он намертво стиснул в худых пальцах «недофонарик». Шелестящий голос, предложивший мне накидку от ветра… промелькнувший в небе драконий силуэт… навалившийся страх и мои злобные мысли про слабака, которого я одной левой…
А слабак-то покрепче меня оказался.
Вот так, Воробей.
— Смотри, Макс, наша вершина!
Заметил.
— Ага…
— Пограничье, — прохладно заметил Старший. — Вон за тем хребтом — территория драконов.
О, нарисовался. Полчаса назад, когда Ритха как раз выслушивала очередной вариант - с выманиванием ее родичей на приманку в виде непутевой дочки — один из молодых драконов подлетел к нему и чего-то виновато рыкнул. Старший тут же от девчонки отстал и переключился на новую жертву. Ему что, без полоскания мозгов жизнь не в мед? Летит, чего-то парню втирает, причем летит сверху, и ощущение такое, что младшему вот-вот в спину вцепится. Или крылом приложит. И никто, что интересно, не заступается… будто так и надо.