8. «Хрень». Или следует говорить «хрени»? Так поименовала внучка Ерины Архиповны еще абсолютно непонятных, не поддающихся никакой классификации полдесятка предметов и явлений совершенно невообразимого назначения, разбросанных по славному городу Рейсину. Слово не было научным, и, строго говоря, не могло считаться термином (девочка даже не смогла объяснить его точного смысла, заявив, что так сказал бы братик Макс). Но прижилось.
И кто знает, сколько еще «хреней» свалится на голову бедным вельхо…
— Пало!
— О боги, — чуть слышно простонал вельхо, последние десять часов безуспешно мечтавший добраться до постели. — Чего еще случилось?
— Да как тебе сказать… — Пилле Рубин выглядел до обидного свеженьким — и весьма оживленным. — Не случилось пока. Но может случиться. Твоя энергичная дама со странным именем…
— Ерина Архиповна? Что с ней?
— Да ничего пока. Просто… не знаешь ли ты, кого она так упорно ищет?
— Как кого? Своих пропавших родичей! Она же объясняла вчера.
— Позавчера, дорогой Пало. Ты уже дни путать стал?
— Тут скоро недели путать начнешь… Рубин, давай ты сделаешь поправку на мое сонное состояние и обойдешься на этот раз без шуточек? Что ты сказать хотел?
— Хм… — Пилле Рубин разочарованно почесал нос, и северянин понял, что в запасе этого ехиды была не одна шуточка. И расставаться с идеей повеселиться за чужой счет ему было жалко. — Эх, ладно. Тогда пара простых вопросов. Во-первых, почему твоя дама…
— Не моя, сколько раз говорить!
— Хорошо, почему не-твоя дама ищет своих родственников среди преступивших? И второе: как, во имя Пяти, ей снова удалось ускользнуть?
— Опять?
За эти шесть дней интерес северянина к пожилой даме был замечен и неоднократно осмеян жаждавшими веселья коллегами. Но эта женщина стоила всех шуточек!
Список связанных с ней загадок множился с каждым разговором. Да и без разговоров… взять хотя бы утро после налета драконов.
…Утро в тот день наступило поздно, как раз после полудня. Нанервничавшиеся и невыспавшиеся горожане после отлета драконов как следует отпраздновали это дело… а тут еще и винный фонтан прорезался… короче, спать легли на рассвете. На ногах остались только вельхо, местный Поднятый со своим персоналом и часть сторожи. Ну и маги, конечно. Хлопот было — вспомнить тошно, и это при том, что о многих проблемах вельхо тогда и не подозревали.
Поэтому на чириканье малышки — что-то насчет ее бабушки — Пало среагировал не сразу. Правда, малышка была не из тех, кто позволяет себя не слушать, да и больных все-таки стоило проверить, так что вельхо отправился в лекарский покой, спешно переоборудованный из городского арсенала.
Кресла-лежанки стояли между наспех принесенных печек и жаровен. Он посмотрел на одно, слишком близко, на его взгляд, придвинутое…
И оцепенел. Такой реакции на невинные лекарские знаки он не встречал никогда.
Старая женщина, погруженная в лечебный сон, все еще не проснулась… но полно, а старая ли она вообще? Вчера на этом лице было намного больше морщин. Ясней и четче стали черты, тоньше и определенней — брови. Из путаницы морщин освободился рот с бледными, но довольно пухлыми губами. И руки — они были чистые, без загрубелых мозолей, совсем не руки простонародья, но вчера кисти густо оплетала сеть припухших вен и покрывали старческие пятна. Сегодня — просто руки немолодой дамы.
Любопытно.
Весьма.
Даже если сеть действительно накладывалась первый раз в жизни, то таких последствий все равно не должно быть! В принципе! Кто же ты такая, Ерина Архиповна?
— …ка!
— Что? — вельхо наконец осознал, что ему что-то говорят. И говорит девочка, приведшая его сюда. Причем она, похоже, чем-то рассержена. — Что ты спросила?
— Это моя бабушка! — разъяснил сердитый ребенок. — Понятно?
— Э-э… конечно! А…
— Ты зачем ее руку держишь?
Хм…
— Ну, видишь ли…
— Так пульс не щупают! — объявило дитя. И подозрительно поинтересовалось: — Ты на ней жениться хочешь?
— Что? Нет! — Пало спешно — хотя и максимально аккуратно — отпустил руку… и даже на шаг отступил.
Не помогло. Девочка прищурилась:
— Штуша, он врет?
— Чирр!
— Точно?
Пало почувствовал себя героем сказания. Потешного. Был такой, Жин-дурачок, которым даже рыбы помыкали как хотели. Потому как достойный ответ никак не подворачивался… Лохматый спутник тем временем уверенно зачирикал. Тоже мне, проявитель истины…