А цель была как раз такая — выиграть пару-тройку дней.
Мне всего лишь надо было немного времени, чтобы зачистить следы.
Проклятье-проклятье-проклятье!
Теперь поздно. Драконов придется оставить на месте. И не трогать пока. Сейчас любое возмущение энергии сразу будет не то что что отслежено — на него слетятся все группы контроля! И контакты с «партнерами» придется пока свернуть. И ведь остаться в стороне от расследования не получится — наоборот, сейчас стоит показать себя активным и деловитым членом Круга. И от этих недоумков придется как-то избавляться, ведь если они оставили в раненом свои настоящие ножи, отыскать их будет не сложнее, чем снять следы. Опять мне новых искать-прикармливать. И… сколько хлопот, о бездна!
Ну что было сложного в банальном устранении?!»
— Хватит, — прервал он наконец поток оправданий. — Ничего страшного не случилось. Отправляйтесь к себе, выпейте настойки и будьте к вечеру готовы — для вас будет новое дело…
— Штуша, вот куда ты меня тащишь? Бабушка Ира же запретила нам уходить далеко от дома!
— Чирриттттчиррр!!!
— А вот и узнает! Она всегда все знает. Вот вчера, например…
— Чирричрт!
— Да ладно тебе… подумаешь, поиграли немножко!
— ЧИРРР?
— А я говорю — немножко! Подумаешь! И вовсе это не пещера была, а погреб… вот.
— Ритч? Цтр-чтр?
— И не провалилась я вовсе! Так… немножко упала.
— Шрррррт?
— И что? Сквозь пол тоже падают. Иногда. Прихожу я домой… чистая-чистая, ребята же шубку отряхнули, рукавички почистили, шапочку посмотрели, карманы проверили. Ну все-все высмотрели! Даже те коконы гусениц на всякий случай выкинули…
— Ч-ч-ч!
— Ну не сердись, я тебе еще насобираю. Просто я хотела, чтобы бабушка не волновалась. Она и так в последнее время… сам знаешь. В общем, я дверь открываю, вежливо так говорю: «Здрасте», а она только глянула — и сразу мне и где я была, и с кем, и что девочки вообще-то должны собирать цветочки, а не паутину в погребе пекаря Петерса. Вот откуда она про погреб-то поняла?
— Чиррр?
— Сапожки? Ой… нет, сапожки мы не мыли. Ну… ну и ладно. А сегодня? Дядя Пало ей цветочки принес, а она ему: молодой человек, я, конечно, должна быть благодарна за внимание, но неужели вы считаете «достойным использование подслушивающих устройств в отношении дамы?». И один цветочек этак напоказ из корзинки вытягивает и ломает. Я не думала, что мужчины так краснеть умеют…
— Чат-чат шрррч!
— Правда? А почему она тогда этот второй не выбросила? А, это поэтому она сказала в комнате поменьше про Макса со Славкой не гово… ой! Молчу-молчу! А ты видел, какая она стала красивая? Как думаешь, он правда хочет в дедушки? Ну чего ты молчишь? Ой…
Девочка в светлой шубке замирает на краю ямы — здесь, на пустыре рядом с брошенными домами кожевников, дети играть не любили. Во-первых, от пруда здорово попахивало какой-то пакостью (здешним кожевникам про экологию еще никто не сказал, а сами они не догадались). Во-вторых, тут образовалась одна из хреней, которая очень не нравилась магам, зато очень интересовала Штушу — зверек мотался сюда каждый день, как на работу, утром и вечером.
Чего он тут искал?
Но кое-кому повезло, что Штушик такой умный.
Девочка тихонько делает шаг вперед — туда, где в снегу лицом вниз лежит человек. Он без шубы, но не пытается согреться… и вообще не двигается.
— Дядя… вы живой?
— Махс… ты ничего не хочешь мне сказать?
Я старательно рассматривал кристаллы на стене. До сих пор не растаяли, надо же. И до сих пор холодные, хотя в пещере тепло. В смысле, не то чтобы тепло, прохладно, скорее. Просто выше нуля. Странный эффект. Интересно, если вырастить такие вот ледяные наросты на стенах в пещерах-кладовках, сохранность продуктов повысится?
— Махс?
Это Старший напоминает о себе. Деликатно так. Без фокусов с чтением сфер.
— Э-э… вроде нет.
— Правда?
— Э-э… а вы про что?
— Ах, да. Действительно, сегодня выбор тем для разговора довольно обширен, — Старший мягко трогает кончиком хвоста непрозрачную воду в озерце. — Ну хорошо. Ты сюда как добрался? Нормально?