Вельхо приглашающее махнул рукой (примолкшая боль тут же ожила и злобно вгрызлась в плечо, так что интонация получилась на диво искренней):
— А что хотите…
— Ура!!!
— Спасибо, остай Пало!
— Ребята, давай!
Замерший рядом парнишка не сказал ничего. Но глаза в прорезях маски блеснули токой признательностью… С мальчишеской руки сорвалось что-то красновато-серое, клубящееся, но с паучьими дергающимися лапами — и стремительно увеличиваясь в размерах, понеслось в лесок… Следом, визжа и улюлюкая (не видел бы сам — не поверил бы ни за что!) устремился второй дикий отпечаток — нечто вроде безумного ежа на необычно длинных ногах. Передвигалось нечто дикими прыжками и сыпало иглами, как целый отряд лучников. А следом уже набухало грозово-черное облако с просверками молний.
Кажется, щиты новичкам и не понадобятся.
Страшная это все-таки сила — молодежь.
С их-то энтузиазмом и дурной энергией.
Нелегалам-преступившим остается посочувствовать? Хотя они и не такое заслужили.
Ничего, главное, чтоб обрадованные юнцы остров не утопили…
Но это позже.
Пока молодежь под защиткой гоняет преступивших снаружи, займемся тем, кто внутри? Пало развернулся, нащупывая подходящие знаки… и остановился. Ерина Архиповна, сжимая в ладони непонятную блестящую штуковину, направляла руку на дверь. Что делала серо-стальная трубка, было непонятно, но всего через несколько мгновений дверь рухнула.
Из проема, воя и плюясь, вылетел всклокоченный мужчина в лохматой шубе… и тут же упал с ножом в горле.
Помощь Пало не понадобилась.
— … пуговицы… полторы тысячи монет… и заказ еще на восемь…
— Макс!
— …и это только начало продаж… с ума сойти! А если товар пойдет в массы? Подражатели, конечно, найдутся, но пофиг. Мы — первые, у нас драгметаллы, и можно будет попробовать пресс забацать. Хотя бы простенький… это насколько товару больше будет?
— Макс!
— Удивительно выгодный товар эти пуговицы…
— Макс, эй!
Бесполезно. Последние часа полтора мы с Терхо могли общаться только между собой. Макс из беседы выпал начисто, и невольные зрители в нашем лице имели возможность наблюдать дивное зрелище: «Макс в диалоге с внутренним хомяком». Хомяк цвел и радовался жизни, его хозяин (хотя кто у них в этом странном симбиозе хозяин — еще вопрос) сиял и лучился. Что деньги животворящие с человеком делают!
И неудивительно. Наше возвращение проходило по местам «боевой»… хм, нет, скорее, «торговой славы», и мы могли наглядно наблюдать, какие плоды дал новаторский подход Макса. Пуговицы на костюмах всех более-менее успешных горожан — это одно. Но пуговицы на вывесках? Пуговицы на веночках и ленточках, которые было принято посвящать местным богам? В одном из городков впечатленные рекламой жители добавили пуговиц даже на статуи самих богов — наш маг впечатленно икнул, но безропотно выложил две монетки, которые храмовая обслуга требовала от верующих «на новые пуговки». Да и сами вывески добавили впечатлений. «Пуговиц нет!!!» — провозглашала ярко-красная вывеска на трактире. И оптимистично добавляла: «Но у нас можно выпить за их скорое появление». «Услуги вельхо — опытный маг разыщет даже потерянную пуговицу». «Мы пришьем вам пуговицу куда хотите». И, наконец, вершина креатива: «За небольшую плату мы дополним памятники ваших дорогих покойных в модных традициях» (с изображением пуговицы и криво изображенных часов). Словом, торговый караван «Макс энд компании» по городам и весям дал настолько впечатляющие результаты, что если бы не оформленные-отправленные на большую часть сумм продукты… хм, нет, мы, может, и смогли бы унести заработанные деньги. Но только преобразовавшись в драконов. В человечьем виде лично я не способен волочь на себе вес в десятки килограммов. Плюс продовольствие. Плюс заказы на сумму, как минимум, в семь раз большую. Плюс идеи на другие полезные мелочи — в перспективе.
Макс млел, светился и мурлыкал.
Терхо попытался его отвлечь — получил расфокусированный взгляд и задумчивое: что лучше напольные или наручные? Пока маг приходил в себя от этого странного вопроса, Макс прищурился и спросил, нравится ли здешним девушкам бижутерия. До бижутерии в здешнем мире пока не додумались, что там причудилось Терхо в этом невинном слове, осталось неизвестным, но покраснел он весь: и лицо, и уши, и даже шея. Макс, впрочем, ответа дожидаться не стал, он весь уже был мыслями в своей бижутерии, так что напоследок в нашего вельхо полетело нежное: «А конкурентов давить. В зародыше». Интонация у моего коммерческого напарника была самая мечтательная, но ситуацию это не спасло. Бедный маг шарахнулся прочь (то ли представил себе зародыши неведомых конкурентов, то ли посчитал, что Макс в этом своем странном состоянии причислит его к тем, кого давить надо). Впечатлительный он у нас.