Может, она бы и объяснила. Но тут очень не вовремя рядом с моим хвостом зашевелилась куча щепок. Растрепанная голова мага вынырнула из груды, испуганно озираясь, стряхнула с курчавых волос самые крупные щепки и вопросила неизвестно кого, за что ему все это безобразие — неужели за одну-единственную понюшку? Несправедливо же! Он же больше никогда не будет! И вообще, он не сам, все же веселились? А ему одному быть наказанным?
Драконша отвечать за неведомо кого не пожелала — смотрела на нас — так что жалобщика просто проигнорировала. Нам тоже было не до справедливости. Славка все еще пытался понять, как все это получилось и рассматривал то себя, то меня — за неимением зеркала, наверное. Ну я его понимаю, вообще-то…
Вид у нас далеко-о не человечий. Мощное тело, покрытое серебристой чешуей. Лапы на манер тиранозавра: длинные и мощные задние, передние короче и на вид чуть слабее… корона из шипов, мощные крылья, пластинчатый гребень на гладкой спине. Кстати, о ногах… мне не показалось? На этих своих задних лапах он стоит довольно уверенно. Не хуже меня, по крайней мере. Я до сих пор не понял, как мне удобнее. На двух голова кружится, на четырех нет уж, не дождетесь. Девчонка, кстати, на двух стоит. Кенгуру чешуйчатый…
— Налюбовался? — мрачно спросила драконша. — Может, подойдешь уже сюда и поговорим?
Славка наконец отвлекся от меня.
— Подойдешь? — начал он. — Я не мо… Макс!!!
Ну наконец-то.
— Только заметил, да? — мне стало почти смешно. Нет, не показалось!
— Макс, я хожу! — Славка меня не услышал. Он задрал лапу, на миг напомнив аиста или цаплю, пошатнулся, чуть не упал, всмотрелся в когтистые пальцы, пошевелил ими, как спятивший пианист перед воображаемым роялем. — Ты видишь? Макс!
В следующий момент он налетел на меня, как буря, спеленал крыльями и сдавил, крепко приложив по передним лапам и, черт, отдавив одну заднюю. Черные глаза сияли.
— Макс… как это… Макс? Это из-за того, что мы превратились?
Хм, а может быть. Ну, если так… может, девчонка отделается легким испугом. Если превращение и правда вернуло Славке ноги, свои неприятности я ей как-то прощу.
— Наверное. Не болит?
— Нет… немножко… да неважно!
Лже-вороны вытянули шею, в полном недоумении наблюдая за драконом, который почти бегал по поляне, высоко задирая то одну ногу, то другую. Да, такое птички вряд ли когда-нибудь еще увидят. Драконша молчала.
— Ты точно уверена, что этот не псих? — довольно жалобно спросил маг.
— Ритха.
— Что?
— Мое имя Ритха. Род Огненных, Стая Жар-камень. Поговорим?
— О чем? — иногда Славка наивный, как я не знаю кто! Хотя следующие слова и меня выбили из колеи.
— Ну, например, о том, что вы натворили.
Мы? Славка удивленно глянул на меня (а может не удивленно, поди пойми эту драконью мимику. Черт, теперь пока привыкнешь разбирать эти новые «знаки невербального общения, поседееешь. Или полиняешь), будто спрашивая, о чем речь? Понятно, он тоже ничего не помнит. Так-так…
— Натворили? — не знаю, как именно драконы делают невинные морды, но сейчас самое время ее состроить. — О чем ты?
Что-то мне это напоминает банальный наезд. Ладно, делаем вид, что пока поверили.
— Память подводит? — хлопнула крылом драконша. — К твоему сведению, это оправданием не считается. Можешь мага нашего спросить. Он у нас уже полный вельхо, законы знает. Вот пусть и скажет, что полагается за такое. Вторжение на человечьи земли раз, разрушение городских кварталов два, нападение на людей три. Полеты над поселеньями, похищение дойного животного, налет на мастерскую и приведение ее в полную негодность, а также попытка похищения городской площади в сравнении с этим просто мелкие шалости, не заслуживающие упоминания. Как и попытка уничтожить озеро у поселка златосборщиков.
— Как?
— Путем выпивания! Итак, вельхо?
— Для дозволения на убийство дракона достаточно и вторжения, — глаза парня блестели любопытством. — А какое это животное они похитили?
— Что, и у тебя выпадение памяти? Меньше надо было всякой гадостью дышать. Корову они украли. Корову. Говорили, что это игрушка для Яночки, что девочка будет рада…
— Корову? — я попытался представить, как хватаю это рогато-копытное, но как тащу ее в лапах, мычащую и… что там еще делают коровы? Но животное махнуло хвостом (почему-то лошадиным) и дальше воображаться отказалось. Неужели я и правду ее крал? Вместе со Славкой? Ничего не всплывает. В памяти была пустота, полная и абсолютная, как школьный двор в дни каникул. — Корову?
— А где она? — пришел на помощь Славка. Или по инерции спросил? Глаза у него были ошалелые.