— А какая у тебя была чакра? — Поинтересовался Ахерон, полагая, что его предшественник хоть и мог знать уровень культивации, но точно не количество чакр. А посему, претензий к вопросу не будет.
— Архикультиватор, вторая чакра, — грустно ответил Харон. — Тебе ведь удалось преодолеть проклятье! Как ты это сделал?
— Тоже хватил, старший брат бежал без всякой культивации, от демонических культиваторов, он нашёл себе наставника, что сейчас среди бессмертных! — Громко и с фанатичной уверенностью произнёс Индимион, ну да затем, Ахерон его и накручивал. — В отличии от некоторых, он не сдался разлёживая пьяным в подворотне, он работал упорно и сумел не только стать культиватором, но и заработать состояние, начать восстанавливать Дом.
— Достаточно, — остановил разгорающийся скандал Ахерон, он сам его в общем то и организовывал, чтобы предстать лидером и миротворцем.
Глупцы порой бросаются словами, вроде альфа-самец или бета-лузер. Дураки не понимают, что подлинным лидером является тот, кто разрешает споры, а не громче всех кричит или имеет самую большую бицуху.
Миллиардеры из кремниевой долины ездят на электрокарах и носят сандалии с шортами, да и выглядят, по сути, невзрачными мужичонками. Но быть акулами капитализма, разрушающими судьбы миллионов, им это не мешает.
— О том, что я вам сейчас рассказал, никому не говорите ни слова. Пользы это нам не принесёт, а погубить нас всех может запросто. Что же касается снятия проклятья? Есть у меня одна идея, но с ней пока что, придётся обождать.
На этом разговор окончился и если с делами семейными всё стало приходить в порядок, то ситуация с культивацией по-прежнему не разрешилась. Совершенно было не понятно, как прогрессировать с культивацией и вылечить отклонения Ахерона.
Не говоря уж о не снятие проклятья с его семьи. С ними, впрочем, можно было и подождать. Конечно, два культиватора, достаточно высокого уровня это подспорье, но не в случае, если он узнают о ситуации Ахерона. Так что вначале нужно было усилиться самому. Вот об этом, он и строил планы.
Ситуация же с особняком, не стояла на месте, и рабочие завершили ремонт. А затем, как договаривались, установили защитные обереги. Управляющий жетон от них, они передали Ахерону.
Наёмники же, стояли на страже, в свободное время тренируясь с Хароном и Индимионом во внутреннем дворе. С исчезновением запустения, особняк стал выглядеть как жёлтая миниатюрная крепость, стоявшая скалой, посреди океана красно-зелёных растений, заполонивших поля вокруг неё. Земли Десяти Тысяч Сезонов, порой были воистину прекрасны.
Жаль лишь, что времени, полюбоваться этой красотой, у Ахерона не было. Как только запахло деньгами, «верные слуги» поспешили вернуться в свой Дом.
Первым был дворецкий Дро и вот он то, действительно был верен Дому. По оговоркам Индимиона, единственная причина по которой он вообще покинул их, был дядя. Дро не переставая пилил Харона, требуя начать делать хоть что-либо, обвиняя дядю в лени и пьянстве. За это, он поучил пино под жопу и был выкинут на улицу.
Справедливости ради, не столь уж дворецкий, был и далёк от истины. За ним потянулись и остальные слуги, правда как-то странно. Мужчины шли обратно, высоко подняв голову. Женщины же, медленно тащились за своими мужья, пряча лицо, будто от стыда. Ахерон, обратил внимание на эту странность, и расспросил дворецкого.
— А что у нас происходит со слугами, те, что имеют пару, ведут себя как-то странно? — Как бы невзначай поинтересовался он. Вряд ли это были шпионы, но проверить, всё же стоило. Один раз, Дом уже пал из-за предательства.
— Молодой Господин, — со смешком ответил дворецкий Дро, показывая ту же школы выучки, что и Уно. — Тут ведь какая вещь приключилась, когда Дом пал, слугам показалось, что всё пропало. И среди них, случилась некрасивая история.
И он рассказал, что до тех пор, пока Дом Чёрного Лотоса был в силе, выйти замуж за слугу Дома, было престижны. Когда же произошло падение и выжившие бежали, они оказались в провинции, никому не нужными. В этой ситуации, жёны бросив своих мужей, занялись устройством своей личной жизни и благосостояния.
Они готовы были раздвигать ноги перед каждым, кто обладал лишь толикой богатства и власти. Вряд ли их можно было назвать великими красавицами, но они уж точно были получше расплывшихся немолодых баб — жён местной элиты. Разнузданное поведение жён бросивших своих мужей, продолжалось какое-то время, а потом своё слово сказали местные женщины.