Ты пришёл, и с сомнением, знаю!
Вижу: тебе надоела война.
Ты герой, жизнь твоя неслучайна,
Случайны слабость и тоска.
Всё-таки поворачивается к замершему Ахиллесу.
Ты герой, так меч свой возьми,
Иди в бой, жги проклятую Трою!
Ступай, верных солдат веди,
Ты символ им – их вера дорого стоит.
Именно она плетёт людскую память,
Запечатляет суть твою.
Память не сжечь, её не исправить,
Иди и заслужи её в бою!
Ахиллес хочет что-то сказать, но Фетида качает головой, показывая, что все слова его ей уже известны.
Ты герой! К чему тебе терзанья?
Они для тех кто только прах.
А всё твоё страдание
Ничто! Оно вселяет только страх.
Фетида приближается к сыну. Несколько шагов и она уже может коснуться его рукой.
Но бояться не должен ты,
Как и не должен ты страдать.
У тебя путь героя, лик судьбы,
Его начертила я – твоя мать!
Ахиллес склоняет голову не то в почтении, не то в задумчивости. Он смотрит на кусочек озера, вспоминает свою беззаботность, которая длилась недолгие мгновения…
Смертного я в тебе выжигала,
И неужели не выжгла совсем?
В бой! Чтобы слава твоя обжигала,
Важна она! А остальное – тлен!
Ахиллес не удивлён. Он отводит взгляд от озера, смотрит на мать.
Смертного я в тебе выжигала,
В реку Смерти тебя окунала,
Ты был никем, ты был дитя –
Но я всегда вела тебя.
Одно слабое место, да,
Задумано было – всего! Пята.
И неужто в душе осталось пустое?
Все эти тревоги, страхи, вина?
Фетиде самой кажутся абсурдными её предположения.
Это от смертного, так что шёл бы ты в Трою,
Чтобы слава навеки тебя приняла!
Сцена 5.2
Ахиллес задумчиво смотрит на мать, обдумывая её слова. В какой-то момент, кажется, он готов уже уйти, но…
Слова, которые он так долго таил от самого себя даже, прорываются.
Ахиллес.
Слава, слава… сколько её?!
Позади, впереди, опять и ещё?
Сколько раз кровь рядом текла,
Умирала и поднималась война?
Сколько раз стрелы скрывали свет,
И каждый раз как в последний бой!
Фетида пожимает плечами, ей непонятны истерики Ахиллеса.
Прошу, дай мне простой ответ:
Мама, ты гордишься мной?
Ахиллес замирает, этот ответ ему важнее всего.
Сцена 5.3
Фетида даже удивляется такому вопросу и не скрывает своего изумления.
Фетида.
Мне гордиться? Чем? Ответь!
Может слава твоя победила смерть?
Ты стал подобен богам?
Демонстративно оглядывает сына.
Вроде нет – идёшь по солдатским рядам!
Или ты сделал великое дело,
Которое время потомков воспело?
Или ты сверг горы, что касались небес?
Что же ты сделал, мой сын, Ахиллес?
Она протягивает к нему руки, но Ахиллес отшатывается от её ласки как от огня.
Чем же гордиться я должна?
Что тебя не взяла война?
Что дана тебе богами сила?
Разве захватил ты славу мира?
Ахиллес молчит и Фетида тоже умолкает. Она не делает попытки приблизиться и отступает от сына на шаг.
Сцена 5.4
Ахиллес поднимает голову и смотрит на мать так, будто бы впервые её видит. В его глазах ненависть.
Ахиллес.
Нет, Стиксу не дано так жечь,
Ему не дано отравить!
Твои слова, что ядом покрытый меч,
Они могут ранить и даже убить!
Фетида усмехается.
Ты всегда лишь одного желала,
Чтоб имя моё сплели со славой!
Но чего я хотел? Чего я желал?
Я так никогда о себе не узнал!
Нет, Стиксу не выжечь смертных чувств,
Нет, Стиксу такой яд не по силам.
Я дошёл до кровавых безумств,
Ими мать меня напоила!
Фетида пожимает плечами, но не возражает, позволяет Ахиллесу закончить свои мысли.
Я скоро умру – я знаю,
Я ненавижу тебя и себя.
За Стикс и славу что отвращает,
За то, что я не то дитя…
В Ахиллесе нет больше гнева, есть только усталость.
Сцена 5.5
Фетида не делает попытки приблизиться к сыну, лишь взывает к нему в своей манере.
Фетида.
К чему рыдания твои?
К чему? Ты разве раб?
Разве так ты кончишь дни?
Или в руках ослаб?
Ты сын мне – так не смей
Отступать от пути.
Ты выше всех смертных людей,
Надо лишь до конца дойти.
Ахиллес поворачивается и идёт прочь. Фетида кричит ему в спину.
Так ступай же в Трою!
Там враг – забвение!
Ступай, твоя слава дорого стоит,
К чему сомнение?