— Я вовсе не имею никаких видов на вашего сына, господин Коу, — ответила я сдавленным голосом, пытаясь дышать ровнее. — Это ОН меня всячески преследует и чуть не изнасиловал. Моя подруга, которая была свидетельницей, может это подтвердить.
Директор Коу смерил меня оценивающим взглядом и улыбнулся.
— Похоже, в мальчике начинает пробуждаться кровь его далёких предков гиксосов, правивших когда-то Нижним Египтом… Кровь истинных охотников… Которые несли смерть и разрушение на своих колесницах всему, что стояло у них на пути.
— Всё это конечно занимательно, но КАКИХ действий вы ждёте от меня? Носить с собой в сумке перцовый спрей? — спросила я, скрещивая руки на груди.
— Перцовый спрей здесь не поможет, мисс Мицуно. Истинный охотник никогда не оставляет добычу в покое, пока не настигнет её. Поэтому разумнее с вашей стороны, скорее всего, будет удовлетворить его любопытство, чтобы он потерял интерес…
— Что?! — гневно воскликнула я. — Вы предлагаете мне… Да как вы можете!
— Это уже остаётся на ваше усмотрение, мисс Мицуно, — усмехнулся директор. — Хотя я абсолютно не понимаю причину вашего гнева, который я скорее отнесу к неопытности в любовных делах, поскольку мой сын обладает всеми достоинствами, которые особо ценят женщины, особенно умеющие разбираться в мужчинах. Для меня главное, чтобы свадьба мисс Айно и Тайки состоялась, а вы не путались под ногами. И мне не нужно вам объяснять, ЧТО вы должны для этого сделать…
— Я поняла вас, господин директор Коу, — холодно ответила я.
— Вот и замечательно. Я знал, что вы благоразумная девушка. А благоразумные девушки добиваются больших высот, — ответил Син Коу, бесцветно улыбаясь, роняя на пол капли невидимого яда.
Я возвращалась с вечеринки, опираясь на руки Зоя и Рио. Последний нёс в руках мои туфли, которые натёрли мне ужасные мозоли, несмотря на то, что были чертовски удобными и сидели исключительно по ноге.
— Это всё от непривычки и перебора с танцами, Кисуля, — рассуждал рыжий. — Зато, какой получился вечер! Ты имела феноменальный успех, завтра столько разговоров будет в социалке!
— Да, уж… — задумчиво проговорила я, вспоминая всё, что со мной случилось.
— Ты как будто не рада, Кисуля! — надулся рыжий.
— Я рада, Зой… Правда. И очень благодарна тебе за всё… Просто я немного устала и жутко натёрла ноги, — ответила я, зевая.
Рыжий зарделся от удовольствия и, как мне показалось, смущённо потупил глаза в пол.
Когда мы дошли до двери моей комнаты, я громко постучалась, предвкушая горячий душ и сон. Но ответа не последовало.
— Мако, наверное, совсем разоспалась, — сказала я, стуча всё громче и громче.
Ноль реакции. За дверью было тихо.
— У тебя есть ещё один ключ? — спросил Зой.
— Да, я попросила дубликат у коменданта, соврав, что потеряла оригинал, чтобы у нас с Мако было по экземпляру…
Недолго порывшись в клатче, я вытащила ключ и открыла замок. Дверь со скрипом отворилась.
— А где же Мако? — рассеянно проговорила я, оглядывая пустую комнату.
* Слово, взятое из романа В.Гюго “Собор Парижской Богоматери”
Глава 29
— Где же Мако? — растеряно пробормотала я.
— Проверю в ванной, — сказал Зой, пересекая комнату.
Я огляделась кругом. В моей комнате было почти стерильно чисто — все вещи разложены по полочкам, пакеты, которые принёс рыжий, аккуратно составлены у двери, кровать застелена, книги ровной стопочкой стояли на письменном столе и кругом ни пылинки или малюсенького пятнышка. Было видно, что Мако убиралась в комнате сразу после того, как я ушла на Осенний Фестиваль. Такая уж была моя подруга — помешанная на чистоте и уюте. В глаза бросались даже вымытые тщательнейшим образом тарелка и столовые приборы, которые принёс Рио с кухни. Видимо, она ушла спустя некоторое время после того как поужинала.
— В ванной всё чисто и очень пахнет хлоркой, — поморщился Зой, показываясь в проёме двери.
— Рио, во сколько ты принёс Мако ужин? — спросила я своего друга, поворачиваясь к нему лицом.
— Дайте-ка подумать… — задумчиво почесал затылок Рио. — Мой перерыв настал в 20:30, я собрал на тарелку еду и сразу же отправился к ней… На часы я не смотрел… Возможно, это заняло минут двадцать…