— Простите, госпожа.
Аскалаб посадил корабль у крайнего домика. Сквозь клубы пыли проступали очертания кое-как сбитых деревянных и металлических панелей; обломки конструкций, больше всего напоминавших инсталляции в духе современного искусства, чем нечто функциональное.
Мы медленно вышли из шаттла; я огляделась. Существ не было видно. Аскалаб осторожно пошел по улице вперед, я низко опустила голову, разглядывая потрескавшуюся землю под ногами.
Наконец, улица уперлась в железные покосившиеся ворота, будто целиком состоявшие из пластов ржавчины. Аскалаб поскреб по ним металлическим пальцем, и раздался грубый голос:
— Обмен есть?
Аскалаб молча стащил с плеча тканевый мешочек и просунул его в узкую щель под воротами.
Мешочек забрала рука в грязной перчатке; послышались звуки возни, а затем тот же голос заметил:
— Я гляжу, подвалы безумного старика не оскудевают.
— Должен предупредить: семена могут быть испортившимися. Все остальное – хорошего качества.
— Что нужно?
— Химикаты Каридии. Я знаю, что в это время года у нее новые поставки.
Ворота заскрипели. За ними стоял гуманоидных очертаний привратник: кожаная накидка укрывала существо с ног до головы, деревянные сколоченные друг с другом длинные бруски, заменяющие руки, торчали из дырок по бокам накидки и тянулись к нам.
— Это еще кто, Аскалаб? – «руки» разошлись в разные стороны в недоуменном жесте.
— Новая прислужница господина. Я отвечаю за нее, Баркор.
Баркор осмотрел меня с головы до ног, издал странный рокочущий звук.
— Сдается мне, это очередная тварь, которую притащил старикан из своих приключений в порталах. Донести бы кому следует, — заметил Баркор. – Но ты поставляешь мне хороший товар, Аскалаб. Так что проходите и будьте осторожны.
Я наконец осмотрелась. Удивительно, но рынок этой, видимо, традиционной для Тартара деревни, мало отличался от рынков, которые я видела в Европе. Ряды прилавков, выцветшие тенты, грязь, разномастные продавцы. Сотни взглядов, скользивших по нам.
— Не волнуйтесь, госпожа. Баркор непочтителен и груб, но надежен, — тихо сказал Аскалаб.
Мимо нас прогрохотала повозка, больше всего похожая на похищенный цыганами танк: огромные гусеницы были покрашены в яркие цвета, а кабину окутывали многочисленные слои тряпок. За танком неслись человекоподобные существа низкого роста; казалось, в прорезях колпаков блестят глаза.
— Здесь могут быть люди? – шепотом спросила я.
— Вряд ли. В нашем мире практически не осталось органических существ. Могут быть органики на треть или на четверть, искореженные или переделанные… Полностью органическими могут быть лишь те, кто попал сюда из порталов. Никогда не узнаешь, госпожа. Чем больше в существах человеческого, тем больше они это скрывают. Если угодно, «человекоподобность» — главная ценность Тартара.
Я проводила танк глазами и вздохнула. Неужели такое может случиться и с Землей? Неужели люди могут заслужить подобное? Ведь наши тела — ничто по сравнению с нашими вечными душами и разумом, не так ли?..
Прилавки сменились одноэтажными лавками; вывесок на них не было, только криво накарябанные на щитах картинки: тарелка, стакан, комок чего-то пестрого (ткань?..), бутылки, связка хищно выглядящих инструментов. Аскалаб остановился у покрашенной в темный цвет постройки с узким, как щель, окном, и прибитой над дверью картонкой со странным изображением: треугольник с тремя точками внутри.
— Что это значит?
— Каридия старается казаться остроумной, госпожа, — тон голоса Аскалаба стал искаженным, будто он говорил сквозь воду, и я поняла, что он пытается шептать, — этот знак использовала гильдия аптекарей. Впрочем, я могу ошибаться.
Аскалаб открыл дверь, и мы вошли. Крохотное душное помещение было забито свертками, бумажными пачками и стеклянными бутылками всех форм и размеров; в углу помещался стол, накрытый тканью. За ним сидела Каридия. Большая часть ее тела была скрыта накидкой с капюшоном, и виднелся лишь рот – вполне человеческий: узкие красные губы, так плотно покрытые морщинами, что казались нарисованными на дереве. Однако, Каридию легко можно было спутать с земной старушкой.
— Любимый гость, — протянула торговка. Голос у нее был скрипучий, будто давно не смазанная дверь.
Аскалаб придвинулся ближе к прилавку, покопался проволочной рукой в складках тюрбана и достал записку.
— Приветствую. Сегодня мне нужно это, — добавил он. Каридия схватила записку, быстро прочла и аккуратно спрятала ее в карман.