Айдес расправлялся с любой опасностью одинаковым способом; это уже стало ясно. Его хладнокровие поражало. Но неужели он сам не понимает, как нелепо звучат слова о том, что он мечтает восстановить этот мир, и одновременно совершенно не ценит жизни его обитателей? Или он не считает их живыми?..
Небо между верхушками деревьев потемнело. Вполне могла начаться почти настоящая «ночь», которая здесь длилась случайное количество времени. Айдес поспешил, и мы пошли быстрее. Я впервые ощутила, насколько сильно устала. Я попросту отвыкла ходить так много и так долго. Наконец, просвет между отростками увеличился, и я увидела огромные земляные гряды с темневшими дырами.
— Это подземные тоннели, по которым можно попасть в Полис, — заметил Айдес. – Лабиринт. Без карты пройти невозможно.
— У нас есть карта, — Бет постучал себя пальцем по голове. – От проклятия хоть какой-то толк.
И мы поспешили к ближайшему из провалов.
Пока мы шли, спотыкаясь, по будто перепаханной земле, Бет кратко пояснил, как примерно проходит маршрут. Он отчетливо его помнил; или заново нашел в некой «базе данных», к которой «подсоединялся». Бет не стремился рассказывать о проклятии подробнее, и я поняла, что это не та тема, о которой ему приятно говорить. Сама для себя я решила, что он подключается к некоему Информаторию при помощи своего электронного мозга.
Провал был меньше, чем казалось издали. Края дыры осыпались вниз. Земля здесь была рыхлая, и края тоннеля – бугристыми, будто его прогрыз гигантский червь. Мы осторожно пошли друг за другом; впереди с фонарем в руках шел Бет.
Проход то опускался, то поднимался, но при этом размеры его не менялись. И от этой монотонности, от глухой тишины, которую нарушали только наши шаги, меня начало клонить в сон.
Через некоторое время мне стало казаться, что мы идем днями, неделями. Что в мире ничего, кроме этого тоннеля и темноты вокруг, нет.
Бет резко опустил руку с фонарем, и я вздрогнула. Он сказал:
— После поворота начнется тоннель под Полисом.
— Мы уже почти пришли? – не узнавая собственный голос, хрипло спросила я. Горло пересохло. Стенка вдруг оказалась очень близко и справа; я неловко приземлилась на нее плечом и тут же встала, стряхивая прилипшую грязь. Айдес сделал резкое движение мне навстречу и отпрянул.
— Нам давно надо было устроить привал. Ты же не стоишь на ногах, — сказал он.
— Со мной все нормально, — я сдвинула капюшон с лица, чтобы прохладный воздух помог прийти в себя. Я не хотела останавливаться на привал. Странно, но и есть мне особенно не хотелось. Бет ткнул мне в руки кулек с водой, я выпила половину и вернула ему.
— Из бокового тоннеля можно попасть в подвал, где мы устраивали базу во время налета пустынников, — сказал Бет Айдесу. Черные стекла забрал некоторое время были повернуты друг к другу, а затем Бет вновь поднял фонарь и зашагал вперед. Видимо, раньше они могли общаться телепатически. Теперь это невозможно. Наверное, в этом и причина их странного поведения. Наверняка это страшно и больно, когда между двумя людьми рвется подобная связь.
Мы свернули направо, и тоннель наконец расширился. Здесь пахло влагой, будто недалеко было подземное озеро. Впрочем, в Информатории я как-то наткнулась на печальный факт – водоемы Тартара исчезли. Вода сохранилась лишь на большой глубине. Например, под дворцом Айдеса находился древний колодец.
Бет вдруг остановился, как вкопанный.
— Впереди энтропийная утечка, — мрачно сказал он. – Проход в подвал – сразу после нее. Мощности излучателя может не хватить, чтобы утечку убрать.
Я с ужасом подумала о том, что придется проделать весь путь в обратном направлении. Айдес какое-то время молчал, и потом заметил:
— Возможно, она опасна лишь для тебя. Я пойду вперед и посмотрю, как она выглядит.
Оставаться с Бетом у меня не было никакого желания.
— Можно мне с вами? – спросила я Айдеса.
— Я хотел позвать тебя с собой. Но тебе будет плохо, приготовься, — черное стекло забрала чуть наклонилось ко мне. – Если ты готова, то пойдем.
Айдес включил свой фонарь и снял с плеча винтовку. Мы зашагали вперед, осторожно и медленно; Бет уселся на землю у стены и даже не смотрел в нашу сторону.
Когда его силуэт скрылся в темноте, Айдес сказал:
— Я должен предупредить тебя. Будь осторожна с Бетом и не доверяй ему.
Мне очень захотелось невоспитанно фыркнуть. Можно подумать, я доверяю здесь хоть кому-то!
— Я думала, он ваш друг, — заметила я. Айдес остановился; он вновь молча навис надо мной, будто безликая статуя, а затем возразил: