— Вы действительно считаете, что сможете спасти этот мир?
Айдес оторвал взгляд от экрана и посмотрел на меня исподлобья.
— Да.
— Но ведь… Как можно починить хаос?
— Я правлю Тартаром. Если не я могу его починить, то больше некому.
Что ж, подобной позиции трудно возразить.
— Я боюсь, что вы погибните здесь, и скоро, — я поддела носком комок бумаги и швырнула его под стол.
— Ты боишься за меня? Ого, это приятно.
— Можете усмехаться, сколько угодно. Мы бы могли отправиться на Землю вместе.
Айдес отложил экран и заметил:
— Мне лестно твое предложение. Я не сказал бы, что не хотел бы его принять; но я просто не могу.
— Почему?
— Это было бы бесчестно. Подумай о том, какой выбор ты мне предлагаешь.
Выбор между тем, чтобы жить, и тем, чтобы умереть? По-моему, выбирать тут было не из чего.
Лишь через минуты, что я сидела, рассматривая замусоренный пол, я поняла, о чем он говорил: о выборе между Тартаром и мной. Некрасивый и неправильный в его благородной шкале ценностей; и, конечно, не в мою пользу. Как всегда.
И почему мне так отчаянно казалось, что Айдесу нет здесь места?.. Возможно, потому, что я начала наконец видеть в нем человека, а не как выразилась Лета, «сына времени». Он не похож ни на кого их тех, что я встречала. В нем ощущалось удивительное благородство, которое сквозило в каждой черте его лица, в печали, которая не покидала его глаз. Таким ли было его тело тогда, тысячу лет назад, до наступления хаоса?.. Могла ли как-то повлиять на него моя кровь? У него позади огромная жизнь, о которой я ничего не узнаю.
Я представила себе, как Айдес сидит на троне, сложенном из изуродованных черепов его предков. В короне из белоснежных костей, что так четко выделяется на фоне его черных волос. У его ног — огненная тварь с тремя головами, готовая растерзать каждого, кто хоть на каплю будет не почтителен к прекрасному королю смерти.
И тут я поняла, в чем ошибка.
Айдесу не нужно возрождать Тартар. Он должен остаться таким. «Есть ли в этом мире красота?» — спросил он меня как-то; и да, безусловно, она здесь была. Красота в обреченности.
Но, боюсь, если бы я сказала ему об этом сейчас, Айдес не стал бы слушать.
Он родился заново, совсем как я. Что-то о себе мы должны понять сами. И именно поэтому мне необходимо уйти — поддерживать чужие заблуждения попросту бесчестно.
Мне есть чем заняться дома: искать следы Гелло, разобраться в том, как она связана со всей этой историей с эмпатами и Дырами. Зачем играть в спасение уже мертвого мира, когда есть другой, живой, пусть и полный равнодушных людей. Этот выбор, на самом деле, не так уж сложен.
Мое «собирание себя заново» — пустой эгоизм. В ожидании и болтовне я потрачу драгоценное время.
Может быть, если я уйду сейчас, потом мне не будет так больно. Лета права.
Я собирала это решение в кулак, волю — будто по капле. Мне нужно вернуться домой.
Вечером я отправилась на поиски Аскалаба. После нашего возвращения он притих и почти не показывался. Я пробовала спуститься в подвал, но двери были закрыты. Я бродила по многочисленным комнатам второго этажа, всматриваясь в очертания гор скомканного тряпья и мешков. Аскалаб внезапно нашёлся в моей комнате: он стоял у окна, рассматривая привычную бурую мглу над горами.
— Я как раз ждал вас, — сказал он, повернув тряпичную голову.
— Я искала тебя.
Я не знала, как начать. Мое решение с одной стороны было спонтанным, с другой — рациональным донельзя.
— Мне нужно, чтобы ты устроил мне встречу с Хароном.
Аскалаб приподнял голову.
— Позвольте узнать, зачем?
— Я не уверена, что могу доверять тебе настолько, чтобы рассказать. Но поверь, никому не станет хуже.
Он догадался.
— Вы хотите вернуться домой, — сказал он, — втайне от господина.
— Я поняла, что ждать нечего. Да и размышлять не о чем, — я села на кровать и провела рукой по покрывалу, — твой господин ждет от меня чего-то — помощи, действий, эмоций, которые я не могу ему дать. Эта планета обречена, здесь нет ничего, кроме смерти. Оставаться — жестоко.
Слова просто вылетали из меня, будто хорошо выученные реплики.
Но я не могла позволить себе остановиться и хотя бы на секунду задуматься о том, что чувствую.
Аскалаб, помедлив, сказал:
— Вы правы. Хорошо, что вы послушали совета Леты. Я сообщу ей: она поможет устроить вашу встречу с Хароном. Господин ничего не узнает.
— Спасибо, Аскалаб.
Утром следующего дня Айдес отправлялся к гряде, чтобы проверить запасы и поохотиться на гарпий. Я не стала прощаться с ним: даже не встала, чтобы посмотреть на взлетающий шаттл. Так будет проще. Я спала отвратительно, впрочем, как и все последние дни.