— Что будешь пить? — Джон помахал кому-то рукой, пока я осматривалась.
— Двойной бурбон, — задумавшись, пробурчала я. Гринвуд уставился на меня с шокированным видом. — Не знаю. Можно вино… Красное.
Я пыталась высмотреть хоть одно знакомое лицо, но без результатов. В полном рыжем мужчине, что у стойки болтал с парочкой девушек азиатского происхождения, которые держались за руки, мне привиделся Ахо. Я поморщилась и отшатнулась прежде, чем поняла, что ошиблась. Ахо теперь персона нон грата.
Джон вернулся с бокалами и протянул один мне, а затем подтащил меня к какой-то галдящей компании.
— Как и обещал, знакомлю вас с Рейной Мур, — Гринвуд широко заулыбался, его голубые глаза заблестели. — Я думаю, вы знаете, кто она.
Меня рассматривали два десятка любопытных глаз: в основном, мужчины среднего возраста. Кажется, пару из них я видела на научных сайтах.
— Приятно, что вы, Рейна, решили действовать… Так скажем, в обход традиционной политики институтов, — заметил немолодой мужчина с седой бородой, — молодежь сейчас должна выступать более активно. Особенно такие, как вы — с уникальным опытом.
— Ведь вы видели врага, если можно так выразиться, лицом к лицу, — закивала единственная женщина, что стояла справа от седобородого. — Так жаль, что с вами это случилось…
— Я знал Мэнсон, — добавил седобородый, — она была моей аспиранткой. Очень перспективная и напористая. Но кто ж предполагал, что она фактически займется работорговлей…
Работорговлей. Серьезно?..
Я сделала большой глоток вина. Наблюдение: им совершенно не интересно, что я из себя представляю. Они даже ни о чем не спрашивают.
Джон отвел меня в сторонку.
— Ну, что думаешь?
Я пожала плечами.
— Я же толком ни с кем не говорила. Сколько здесь человек? Пятьдесят?
— И еще десяток в, так сказать, VIP-зоне, — Джон показал взглядом наверх, — есть и представители институтов. Все равно нам придется заручиться поддержкой одного из них, чтобы получить доступ к какому-нибудь полигону.
— А как вы планируете получить ракеты? Боеголовки?
— Мы работаем с частными производителями оружия, — Джон пожал плечами. — Желающих вложиться в это предприятие масса. Люди хотят защиты.
Поэтому нападают.
— И те, кто в VIP-зоне, я так понимаю, как раз и есть крупные инвесторы? — я допила бокал и попыталась дружелюбно кивнуть какой-то женщине, которая помахала мне рукой. Кажется, у меня получилось лишь нервное подергивание головой, как у бракованной марионетки.
— Да.
Джон взял меня под локоть — уф, какое же противное ощущение! — и потащил к барной стойке.
— Там люди… Специфические, — продолжил говорить он, усаживаясь на высокий стул, — я думаю, пока тебя рановато с ними знакомить. Тут масса ученых, и есть с кем пообщаться предметно.
Пока бармен наливал вино, я заметила парочку в углу у барной стойки. Парень и девушка, примерно одного роста, фотографировались на телефон, а потом начали целоваться. Девушка прислонилась к портьере и казалась удивительно счастливой. Почему?.. Здесь — на собрании клуба желающих развязать войну? Даже не войну, а уничтожить соперника, поставив смертельный ультиматум?..
— Вы же Рейна Мур? — я услышала голос позади Джона. Он принадлежал яркой даме средних лет с фиолетовыми волосами, она протягивала мне какой-то свернутый в рулончик журнал, — можете написать мне что-нибудь на память?..
Я опешила.
— Прости, я немного тебя… Прорекламировал, — Джон попытался отстранить даму рукой.
— Хотя бы расскажите про ту сторону, Рейна, — дама и не думала сдаваться, — почему вы так и не давали интервью? Почему скрываетесь от научного сообщества?
— Я могу позвать охрану, — резко сказал Джон, и дама ретировалась. — Извини. Клуб закрытый, и…
— Тебе пришлось подробно рассказать, кто я такая, — я соскальзывала с барного стула, поэтому встала и отпила вино. — Ничего. Я подозревала, что нечто подобное случится.
От Джона нужно было избавиться. Я поняла, что хочу подняться наверх и посмотреть, что за «специфическая верхушка» отдыхает в зоне для высоких господ. Главы институтов? Именитый Элайджа Бахур, который вложил миллионы долларов в американскую исследовательскую программу? И так, кажется, ничего и не добился…
Улизнув от Гринвуда в туалет, по дороге я смогла рассмотреть лестницу. Она уходила высоко, почти под потолок, к площадке с маленькой дверцей. Наверняка за дверцей охрана, и меня туда попросту не пустят, но рискнуть стоит.