Она же знала, это было в моде, что почти вся молодёжь: девушки и парни носят брюки на несколько размеров больше, чем следует, спуская их до определённого места на бёдрах. Безобразно, конечно! Но у тех других, эти паруса выглядели как-то стильно, круто, модно, что ли. А у него… Просто смешно. Она была всегда в негодовании, когда видела, что девушки совсем не заботятся о том, что оголяют на всеобщее обозрение нижнее бельё и кое-какие части тела. «Рыбий хвост», то есть верх от стрингов, выглядывающий из-за пояса брюк и юбок, выглядит отвратительно. Мало какую деталь женского туалета можно назвать менее эротичной, чем застиранная резинка от трусов… Особенно в маршрутках она часто рассматривала всё в деталях, когда модницы, сгибаясь, направляются к выходу и открывают двери. Они застывали там, то ли ожидая сдачи у водителя, то ли не могли самостоятельно открыть тугую дверь машины. Изредка, но можно было увидеть красивое и – главное – чистое бельё, а в основном очень неопрятное. Невольно её взгляд был прикован к этому месту, и было очень стыдно за девчонок. Иногда ей так и хотелось дернуть за веревочку, чтобы девушка осознала, поняла, что неприлично выставлять эти места на всеобщее обозрение.
– Присаживайтесь. Я вас слушаю, – прервал её рассуждения голос Валентина Ивановича.
– Доктор, – всё еще стоя проговорил молодой человек, – а можно я с вами наедине поговорю? …Я стесняюсь девушки, – сказал он после некоторого замешательства, указывая пальцем на Леночку.
– Во-первых, эта девушка – медработник. И её не стоит стесняться! Во-вторых, она мой помощник и ассистент, понятно! У врачей и медперсонала нет половой принадлежности, когда они находятся в здании больницы, – спокойно, немного певуче проговорил доктор, желая успокоить пациента. – Всё, о чём вы говорите, начинается за пределами этого здания. А пока мы в белых халатах – мы…, – пауза затянулась, доктор не знал, что дальше говорить.
– И всё же, – вставил своё слово, настаивая молодой человек, – без неё мне будет спокойней!
– Многие стесняются не только меня, но и доктора, а зря, – проворковала Леночка, – наш доктор очень опытный врач, он многим помог. Правда, Валентин Иванович? А меня не следует стесняться, …хотя, – после многозначительной паузы, обратилась она к врачу, буравя его своим взглядом, надеясь, что, хотя бы сейчас, он её отпустит, – может, я пойду?
«Момент-то наилучший!!!» – подумала про себя Леночка.
– На что жалуемся? – уже построже спросил врач, совсем не обращая внимания, игнорируя слова своей помощницы, – давай, парень, выкладывай, какая причина заставила прийти?
Ему было очень приятно, что парень пришел к нему как к хирургу, несмотря на то, что он сегодня принимал как проктолог. Не говоря ни слова, парень направился в сторону двери, и, уже открыв её, обернувшись, с отчаянием, с дрожью в голосе сказал: – Я-то думал, что, хотя бы вы мне поможете, больше ведь некому! Я так надеялся! Ну, что ж! Нет так нет!
– Ну, ну, что же так категорично, не поможете. Вернись, – почти приказом прозвучали слова доктора, – кому говорю!
Он с несвойственной его возрасту прытью подскочил к двери, не давая парню ни шанса выйти из кабинета. Почти силой, толкая в спину, он заставил молодого человека вернуться.
– Давай, давай, дорогой! Говори! Что-то же заставило тебя прийти. Чем смогу, помогу! – по-отцовски сказал он.
И тут парень от безысходности, что ли, но уже без колебаний, понимая, что терять нечего, быстро посмотрел через своё плечо, пытаясь удостовериться, что сестра не смотрит на него, но она смотрела. Он намеренно повернулся к ней спиной, и начал расстегивать ширинку брюк. Но Леночка как завороженная следила за ним, и по движению его рук, поняла, или догадалась, что следом он приспустил трусы. Леночке очень хотелось узнать, что же, на самом деле, парень хотел скрыть от её любопытных глаз, и что вызывало такое смущение. Она немного приподнялась со своего стула, изогнувшись, вытянула шею в сторону. Как раз вовремя! Перед её глазами предстала невообразимая картинка.
…Это можно было сравнить со шлангом у пожарных, когда они, готовясь к тушению, разворачивали свернутый тугим колечком рукав. Леночка видела по телевидению несколько раз, как они на учениях выбрасывали шланг, и он на лету распрямлялся. …
…Или когда на Новый Год в детстве они с братом, бросали, целясь друг в друга, тугие колечки разноцветной бумаги. И те на лету красиво распрямлялись, образуя серпантин.
Но всё это были неживые предметы, а тут…Она видела, как свёрнутый в тугое колечко ч…н, в свободном падении раскручиваясь, распрямился и повис, немного покачиваясь. Его размеры поразили не только её, но и видавшего виды врача. Валентин Иванович восстановил очки на прежнем месте, присвистнул, ёрзая на стуле. Леночка громко ойкнула, тем самым выдав себя. Спохватившись, прижала руку ко рту и, не контролируя себя, плюхнулась на стул. Ни врач, ни пациент даже не посмотрели на неё.