Ситуация странная, так что я не мог не отвлечься от сосредоточенности на процессе.
— Если что, в отличие от «цыплят» я выжил, так что предлагаю амнистию, — заявил я, вспоминая суд над акулой по имени Клык. Но то тупой монстр, даже не томатик, а это всё же человек. Понятное дело, что Лиза её отпустит.
— Она наказана, но не за нападение на тебя. Она монстр, у вас свои взаимоотношения. Но как подруга, она меня обидела! Так что сутки без еды! — возмутилась Лиза, пальчиком тыкая в «щёку» дракончика. — Я столько могла бы с ней обсудить, а она только в этом миленьком облике была! Обманщица! А ты всё знал и молчал! Ненавижу вас!
— Люблю тебя, дорогая! — произнёс я.
— Не отвлекайся… даже на Лизу… пока делаешь лисят… — произнесла Лиса.
— Тебя тоже люблю. Спасибо, что спрятала хвосты, — произнёс я, поглаживая ягодицы и спинку пышногрудой красавицы.
— Ты долго ещё?
— Тебе не нравится?
— Есть хочу, — призналась Лисица.
— Не я себя сюда перенёс, — проворчал я. — Тебе хотя бы приятно?
Если по Лизе я научился определять многое, то Лиса была куда более молчаливой.
— Ради лисят я… пережила бы даже боль… но приятно. Надеюсь… мы будем каждый год… создавать потомство, — с паузами произнесла девушка.
В этот момент подскочила Лиза:
— Какой каждый год? Только один день он небесполезен! А люди могут заниматься любовью, когда захотят, а не только в брачный период!
— А почему мне об этом не сказали? — произнесла Лиса.
— Без понятия, но такова правда, — пафосно заявила оригинальная, присев около лица коллеги по гарему. — Так что постарайся! Я поддержу тебя! Наша цель — сто детей!
Лиса, кажется, от испуга резко вся сжалась, после чего расслабилась и опустила грудь ниже, выгнувшись сильнее.
— Сто много, в моём роду не больше трёх было, — пробормотала дева Золотого Песца.
— Нет, я про всех! Сто на весь гарем! — произнесла радостно старшая жена с несколько фанатичным, пугающим, похоже, не только меня взглядом. После этого Лиза взяла ладонь девушки и погладила её. — Ты умница! Ты хорошая! Но всегда говори мне правду, не скрывай ничего, ведь мы подруги!
Всё-таки надо было ставить стены. Отвлекает.
— Лиса, ты побывала на пике наслаждения, давай поменяем позу, мне хочется видеть твоё лицо, — произнёс я, не упоминая, что и грудь тоже.
— Да сколько это ещё будет длиться? — пробормотала жертва.
— Ну… не знаю, — пробормотал я. — Я ускорюсь, тогда, наверно, всё выйдет быстрее.
—… потерплю ещё, но потом уйду есть.
Меня терпят? Обидно.
Но в итоге отдыхать пришлось. Похоже, Лиза всё-таки меня опустошила и отдых мне нужен. Об этом я прямо сказал, и разрешение было получено.
Хорошо, что меня не стали как-то проверять на эту тему.
Спать нельзя, еда нормальная мной оставлена для жён, которые должны очнуться с ужасающим голодом, так что я занялся призывом рыбы и её жаркой, попутно проверяя уровни своей магии. Сидеть на овощах больше нереально.
Ну, в рыбалке на поплёванный призыв мне определённо везло. Рыба выпадала просто огромная, а благодаря магии приготовить её было делом пары мгновений, пусть и стоило это уйму лун.
Я считал, что делаю запасы на ближайшие дни, но пришли лизоньки, Лиса, Ворона и Шарлотта, настоящая Лиза принесла «чёрную дыру» со связанными лапками и вытащила из её пасти пробку со словами «Она же голодная»… семнадцать рыбин Пешек и две Башни размером с корабль, оказались съедены за час.
Я приготовил вторую партию «запасов», но тут начали просыпаться остальные девчонки. Голод у них, конечно, уступал Лисе и Лалале, но эта-то парочка оставалась тут.
Семихвостая только сходила к холодильнику и пришла с тортиком, который протянула Наташеньке:
— Как и обещала, не тронула.
— Спасибо, но рано. Пока я не беременна, пока только Вселенная. Я впервые воспринимаю мир таким… кажется, я держу всё под полным контролем! Впервые в жизни! — радостно произнесла Наташа, потом до неё кое-что дошло. — А сколько я вообще спала?
— Да, у меня тот же вопрос, — произнесла Ушакова.
Снова начался гомон, но его прекратил стук двумя красными молотками из металла, ударенными друг о друга. Диктатор и тиран нашей семьи всё же владел магией земли с красным оттенком.
— Просто для информации: отдыхаете и быстро беременнеете, после чего покидаете пространство. На столе свитки телепортации, любовью заниматься будем потом. Аир оказался не так уж вынослив, так что относимся к нему бережно. По одному опылению в руки… не то, но вы поняли! А потом он полностью мой! Кто попробует отнять, станет мне врагом. Всё! — заявила Лиза.
Где слова против? Где оппозиция? Почему все молчат?
— Дорогая, что за угрозы? — пробормотал я с усмешкой.
— Я всё сказала! — обвела она взглядом гарем, потом отбросила молотки, которые тут же превратились в обычную землю, — а ты набирайся сил, бабочка-однодневка!
Надоело.
Бунт!
Я схватил Лизу, выпустив в ход «месть». Цель не могла активировать новую магию, так что я сумел её поцеловать.
Но дальше я не пошёл.
—… тьфу, куда язык суёшь! Рано тебе, в игру не победил. Есть силы, так займись Лисой! — возмутилась жертва моего домогательства.
— Я пока рыбку подготовлю, но обещаю, будут сроки поджимать, применю это в решающий миг без всяких фокусов, я хочу от тебя детей, — произнёс я, обвёл взглядом остальных, — и от всех вас. Если вы выбраны, значит, это судьба! Я всех вас люблю и желаю, в той или иной мере!
— Снова за своё, все же понимают, что он Лизу любит, — проворчала Лерочка.
— Он могучий, на всех хватит, — произнесла Яна Михайловна, которой сон, кажется, вернул силы, однако смотрелась она сильно иначе, относительно себя прошлой. Вытянутость и нескладность тела не ушли, а вот волосы стали выглядеть на ней так, как и должно.
— Я тоже тебя люблю, — тихо произнесла Безумнова. Но я слышал.
А вот остальной гомон уже выделить было нереально.
— По мере готовности подходите в очередь, — проворчал я и пошёл на райский эшафот.
Я тоже съел приличный объём рыбы, пусть и не такой огромный, как у монстров, к ним в этом плане близка только Наташенька. Мне до них уж слишком далеко, но и к нормальным людям меня теперь не отнести. Без видимых изменений я сумел съесть единолично огромного ската длиной в четыре метра без учёта хвоста.
Логично после столь обильной еды план по опылению пошёл куда более споро. Что я сам оказался полон сил, что Лиса не отвлекалась на ненужное чувство голода.
Покладистая Лисичка сильно отличалась от той, какой я призвал её впервые.
Дело не в том, что она стала несколько пышнее, утратив ту стройную фигуру, разница была не столь велика, а чем-то даже притягательна.
Ключ был в отношении. Розовые искорки любви… как же они притягательны. Хотя у неё единственной они без примеси безумия, чем грешит даже Лиза.
Я осознал для себя, что видимая эмпатия меня так же заводит, как вот эти прекрасные полусферы, затуманенный взор, аромат девушки и, конечно же, подрагивание, голос, соприкосновение нашего естества…
— О-ох, — выдохнул я и завалился на спину.
— Всё? Я немного тут побуду и выйду из трещины, а то здесь и нормальной еды практически нет, — заявила девушка мне, после чего я заметил в её ауре изменение.
Ха, вот сейчас я вижу «завязь». Почему же у Яны Михайловны такого нет?
Так как желающих продолжать поблизости не оказалось, даже Лиза куда-то отошла, я пошёл проверять госпожу Рёрикович на наличие «паразитиков».
Девушка загорала у озера в компании Ушаковой и Безумновой.
— Ага, «завязь» видна, — отметил я для себя, наклонившись вплотную над девушкой.
— Твоё «ага» меня просто бесит, — пробормотала недоучилка, но вставать не стала.
— Да, пришёл тут, солнце загородил! — возмутилась Вселенная Воды.
— Хм, а у нас, кстати, не демократия, — пробормотал я и схватил Лерочку на руки и потащил на холм.