А это очень не просто, тем более в такой стране как Корея. Это не Штаты, где почти у каждого в доме охотничье ружье или винтовка. Здесь такое не поощряют.
Внеся в навигатор координаты, уже через двадцать минут вышла у круглого трехэтажного здания, к которому вела алея и подъездная дорожка, на одном из холмов у трассы.
Колумбарий возвышался на территории обычного кладбища, и вечером нахoдиться тут, мягко говоря, оказалось не по себе.
Внутри, на входе, сидел пожилой мужчина. Завидев меня, он поклонился и что-то сказал на хангуго. Ожидаемо не все корейцы, и даже их большинство, моего родного языка не знали. Поэтому на пальцах объяснив, куда направляюсь, купила тот самый крохотный букет, и поднялась на второй этаж.
Меня окружил свет и стерильная чистота. Пол под ногами блестел мраморной мозаикой, а этажи размещались с открытыми балюстрадами и переходами по кругу над вестибюлем.
Пустынное и тихое место, где только время от времени был слышен писк камер видеонаблюдения, а еще стук моих каблуков о пол.
— Вот значит ты какая? — я остановилась напротив нужной ячейки, в которой под стеклом на уровне моих глаз, стояла белоснежная урна, расписанная иероглифами, а рядом несколько фото в рамках.
На одном из снимков была изображена только Кан Ми На, cтоящая на берегу моря, в белоснежном легком платье.
Красивая улыбка, открытые и живые глаза, нежное лицо и длинные волосы медного цвета — всё это притягивало взгляд. Как и тонкая фигура, словно веточка от той самой сакуры, которую девушка держала в руках.
— Ты действительно очень красива... — я приложила руку к стеклу, а следом закрепила на нём цветы.
На урне стояла дата смерти Ми Ны. Как я и предполагала это оказался последний день Сентября, что значило, я не ошиблась, а тот, кто устроил самоубийства фанаток — подражатель!
Кто-то, кто хорошо знает историю этой девушки, пытаясь подрожать её смерти. Ведь знает, как эти воспоминания влияют на Сая.
Только теперь, увидев воочию Кан Ми Ну, её хрупкoсть и нежность, пришло четкое осознание: нет, мне никогда не стать для него такой же...
Я совершенно другой человек, и сейчас мне стали ясны все мотивы его поведения.
Нас с ней объединяло только одно — мы не были похожи на тех, кто пытался повиснуть на нём или просто вскружить голову. Мы не отнoсились к тому миру, в котором привык жить Сай. И эта девушка очень яркое тому подтверждение.
— Он помнит тебя... Просто не может прийти...
Почему-то я точно знала, что Сай здесь не был ни разу, поэтому моя врождённая сентиментальность побудила извиниться перед ней, вместо него.
Наступит момент, и он сможет прийти сюда сам. Но судя из тoго, что я вижу сейчас, это будет еще не скоро.
Это место — остров за несколько сотен миль от материка, вероятно, был его убежищем. Укрытием, где он мог спрятаться и не чувствовать давления, стать обычным человеком.
Вернувшись в апаты*(квартиру) почти в полдень, я чуть с ног не валилась. Меня бесило всё, начиная от того, что эта поездка не дала ровным счетом ничего, и, заканчивая тем, что она привязала меня к этому мужчине ещё сильнее.
Наряду с тем, что Сай мне жутко нравился и я, откровенно говоря, хотела его, появилось и чувство жалости. Желание залечить эту боль и вытеснить её из его сердца, чтобы помочь понять, что он ни в чем не виноват. Показать, что порой судьба та ещё дрянная старуха, которая даря что-то, отбирает эквивалентную плату.
— Черт бы всё это побрал!!!
Я с остервенением опустилась на диван и посмотрела опять сквозь окна на соседнюю многоэтажку.
"Что я делаю? Ведь раньше я никогда не позволяла себе такого!"
Мне нравились некоторые мои клиенты. Иногда сами не были против того, чтобы завязать интрижку. Мы взрослые люди, в конце концов, и хороший секс с мужиком, в медицинской карте которого ты прожгла дыру и уверена на все сто — это не преступление!
Но! Я всегда сдерживала свои порывы! Всегда следовала инструкциям и контракту. А всё потому, что простого секса мне мало! Увы, но моей дуре внутри нужны ещё и чувства!
— Вот и ответ, Энджи! Как ни странно это вовсе не гормоны, это чувства!
Достав сотoвый из кармана кожанки, набрала номер Ван Сика.
— Хубэ?
— Оппа, найди двух лучших снайперов! Я достала разрешение на их привлечение.
— Айгу!!*(Боже!) Ну, ты даешь! Я до последнего не верил.
— Всё оказалось проще, когда ваша доблестная прокуратура увидела воочию мой значок и документы!
— Ты всё-таки применила его?
Я расслышала на том конце, что Ван Сик стоит у дверей репетиционной. Уж слишком красноречиво оттуда доносились звуки музыки. Поэтому проигнорировав вопрoс мужчины, задала тот, который интересовал больше всего меня лично: