— Сай остановись! У тебя репетиция!
— И не подумаю!
— Какого дьявола с тобой происходит?!
Я пыталась вырваться так, чтобы не привлекать внимания, но куда там, — Сай продолжал нестись уже по сцене.
— Чи Джин!!! — рявкнув, как только мы оказались за кулисами, Сай притормозил, а с дивана справа сразу вскочил Джин, застыв и смотря на нас.
— Нэ, хён?!
— Передай Чхвэ Ёну, что я буду в студии только к вечеру. Закончите здесь без меня!
— Н-нэ... *(Ага...) — кивнул с опаской парнишка, как и все остальные ребята из балета.
Чи Джин слегка поклонился и как-то виновато посмотрел на Сая. Видимо у того, всё на лице было написано, и мальчишка принял это на свой счет.
— Куда ты меня тащишь? — спросила опять, выпрямившись и поравнявшись с Саем.
Уверено следуя за ним, я переплела наши пальцы, плюнув на всё.
Что захотел, то и получил! Хочет неприятностей, пусть пожинает плоды!
— Взять ключи от машины и куртку из гримерки, — холодно бросил в ответ.
— А потом?
Сай резко остановился в коридоре, который вёл к гримеркам, притянув меня к себе.
— Отвести тебя домой и хорошенько попрощаться перед твоим отъездом, нэ саран... Применить все свои умения за час! Это будет лучший марафон в твоей жизни, потому что твой характер мне все мозги в штаны спустил!!! — подняв руку, Сай схватил меня за лямку джинс над ширинкой, прижав к себе так плотно, что его губы почти что ударились о мои.
Прижавшись лбом к моему, он закрыл глаза и зашипел сквозь зубы на корейском:
— Вангуан сунъё! *(Упрямая девица!)
Я выдохнула обняв Сая и смотря на то, как он снова открыл глаза, чтобы я охренела от того, как они горели словно изнутри.
От этого взгляда по телу пробежал ток, а рука сама пoтянулась провести по его футболке ладонью, задевая отвердевший пресс и мышцы.
— Сай...
— Что "Сай"?
— Я хочу апельсинoвый сок... — игриво зашептала сквозь улыбку, а он опустил взгляд на мои губы и холодно ответил огрубевшим голосом.
— Это самое безобидное, что я собрался делать, Энджи! Начну, пожалуй, с твоего упрямого рта!
Это заявление заставило впасть в ступор и сглотнуть влажный ком, который образовался сразу после его слов.
Только спустя тех самых три часа, уже в самолете, я с нелепой тоской понимала, что совершенно сошла с ума. Мне бы думать о расследовании, искать зацепки, концентрируясь на работе, но чёрт бы его побрал!
Как это можно сделать, если перед глазами стояла картинка того, как Сай слизывал тот самый сок с внутренней стороны моего бедра. Как при этом выглядело его тело, как он целовал меня, заставляя молчать, медленно и мучительно неспешно даря наслаждение. Играя, распаляя, доводя до истомы, а потом останавливаясь так и не закончив, словно наказывая за то, что я трусиха. За тo, что не могла принять своих же чувств, из-за страха.
С каких это пор я начала бояться? Ведь страх всегда поддевал меня двигаться дальше?
Однако я боялась того, что вытворял со мной этот мужчина и в тоже время желала сделать шаг в неизвестность.
Издав характерный писк, сотoвый вернул меня в реальность, а Ван Сик сняв повязку с глаз, с удивлением осмотрел меня, прицыкнув:
— Ты та причина, по которой повышается статистика крушений авиатранспорта, хубэ! — хохотнул опять закрыв глаза, а я хмыкнула парировав:
— Если бы телефоны были причиной авиакатастроф, самолеты не поднимались бы в воздух вообще.
Он кивнул головой, продолжив дремать, пока я вошла в чат, прочитав:
"Сними браслет и взгляни на его внутреннюю сторону..."
Приподняв брови в удивлении, отщелкнула украшение, повернув в руках. В свете верхнего освещения заметила то, что привлекло моё внимание. С внутренней стороны браслета были выгравированы всего несколько иероглифов и дата — четыре цифры с точкой между ними.
"Я не знаю хангыля, Сай..." — тут же написала в чат, заметив, что он ждал вопроса, потому что строка сверху говорила, что Сай "в cети".
Прошла всего минута и на экране появился его ответ:
"Ли Чон Са... Это твоё имя на хангыле, а рядом дата рождения по восточному календарю, малышка. Вернись ко мне целой и невредимой..."
— Выключите, пожалуйста, сотовый, госпожа! Это запрещено! — подняв взгляд на застывшую надо мной стюардессу, замерла, ведь у самой дар речи отняло.
— Ам... Хорошо, простите! — отключив и спрятав телефон в карман, ощутила, каа в глазах защипало так, что пришлось закусить губы.
Неужели? Неужели действительно я заняла в его сердце такое место?