- Откуда это у тебя? – хмуро сдвинув брови, поинтересовался у меня менеджер, закончив рассматривать мою царапину.
- Ээ-э... – ногтём задела, - ответил я, как-то совсем упустив из вида, что меня могут спросить о её появлении и потому, совершенно не подготовившись к ответу.
- Ногтём? – не поверили мне.
- Ээ-ээ… да. Телефон неудачно к уху поднесла, - придумал я на ходу отмазку.
- Телефон? – опять мне не поверили.
- Ты же ногти коротко стрижёшь, потому, что играешь на гитаре, - резонно напомнил мне Ким имеющиеся обстоятельства, - А накладные, ты не носишь. Чем ты могла – поцарапать?
В наблюдательности ему не откажешь. Действительно, ногти у меня короткие, чтобы не мешали играть, а накладные вызывают у меня чувство брезгливости, поскольку похожи на ороговелые отростки у трупов, такие же мёртвые и кривые. Поэтому, из всего того, что делают женщины со своими ногтями, я использую лишь бесцветный лак с витаминами. И то, случается это, когда ко мне уж совсем сильно пристают, требуя, чтобы я внешним видом соответствовал общепринятым стандартам своего пола. Пожалуй, лучше было сказать менеджеру, что поцарапался кольцом, но колец я тоже не ношу, только печатку.
- Заусеница была, - от безысходности совсем «бледно» соврал, - ею и поцарапалась…
Не жаловаться же мне на баб? Сам разберусь.
Ким мне ничего больше не сказал, лишь немного потряс головой, типа сказал – «ну, ну, ну».
А потом, от меня сегодня все шарахались. Как увидят мои глаза, дергаются назад и восклицают что-то вроде «ху!» и вытаращиваются. Все. И охрана, и водитель, и женщины-визажисты, и костюмерши… все, кто меня увидел. Вчера, на сьёмках, была такая же ерунда. Что-то не радует меня это… И еда – не радует. Хоть бы мяса кусок положили! Одного перчёного силоса накидали. Не буду я это есть!
- Я не буду это есть, - громко говорю, решительно отодвигая свою коробку на середину стола.
Группа, до этого активно работавшая палочками, замирает. БоРам и ХёМин, так прямо с палочками во рту.
- Почему? – справившись с удивлением, спрашивает меня ДжиХён.
- Слишком остро и без мяса, - объясняю ей, – я такое не ем.
- Ты же раньше ела? - напоминает мне БоРам, - И ничего.
- Раньше, - объясняю, - я появлялась в группе эпизодически. А теперь, похоже, я буду есть с вами постоянно. Острая пища вредит коже. От неё появляются прыщи на лице.
Несколько мгновений вся группа молча смотрит на отодвинутый мною контейнер, как на ампулу с заразным вирусом.
- Другой еды нет, - говорит СонЁн и предупреждает, - останешься голодной.
- Лучше быть голодной, чем с прыщами! – заявляю я и начинаю возмущаться, - Вообще не понимаю, почему агентство не обеспокоено вопросом правильного питания? Разве оно не должно быть больше всех заинтересовано в сохранении здоровья своих мемберов?
Никто из девчонок не спешит отвечать мне на вопрос.
- ЮнМи, чем ты не довольна? – вместо них задаёт мне вопрос менеджер Ким, подходя к столу.
А он, чего не ест? Подслушивал, что ли?
- Сонбе-ним, еда слишком острая, - жалуюсь я, - это вредно для кожи. Я не могу такое есть.
- С чего ты взяла, что твоя еда вредна для кожи? – не понимает тот.
Делаю короткий пересказ для всех, советов врача-диетолога.
- Не знал, - говорит мне менеджер, когда я заканчиваю свой рассказ и указывает на очевидное, - но для этого нужно специально готовить. И повар должен быть специально обучен, чтобы готовить такие блюда. Где взять такого человека?
- Мама мне так готовит, - говорю я, - она умеет. Она может готовить на всех.
ИнЧжон хмыкает и снова приступает к еде. Посмотрев на неё, другие девчонки снова пускают палочки в дело.
- Не знаю, - говорит мне менеджер Ким, - этот вопрос должно решать более старшее руководство. Я не распоряжаюсь деньгами.
Понятно. Там, где сядешь, там и слезешь. Нужно ставить вопрос непосредственно перед СанХёном. Через голову Кима? Думаю, ему такое не понравится…
- Вы сообщите об этом президенту СанХёну, господин менеджер? – спрашиваю я.
Менеджер секунды две думает.
- Ты ещё не такая звезда, чтобы у тебя был отдельный повар, - говорит он, - но, хорошо. Я сообщу об этом господину КиХо.
- Спасибо, сонбе-ним, - наклонив голову, благодарю я и начинаю вылезать из-за стола.
Ну, а чего за ним сидеть? Жрать нечего. Смотреть, как другие едят? Пойду, потанцую, на голодный желудок… Может, похудею? А то, вес что-то встал на одном значении и дальше вниз, никак. Похоже, организм жив, организм борется… Не хочет в скелет, гремящий костями, превращаться… Эх, грехи мои тяжкие. Хоть превращаться и не хочется, но, блин, опять оштрафуют за избыток плоти… СанХёну деньги всегда нужны…, и я его понимаю…
Встаю перед зеркалом, размышляя о том, что вряд ли СанХён позволит мне умереть от голода. А там и маму на работу можно будет в агентство устроить. Моим личным поваром. Без работы она сидеть не собирается, а готовить для одного, это лучше, чем для толпы народа. Нужно только немного потерпеть….
Чё б такое «изобразить»? – смотрюсь я в зеркало, - Что-нибудь резкое! Раз-два-три – Там!
Крутанувшись вокруг своей оси и сделав движение рукою вверх, к голове, словно у меня на ней шляпа, я неожиданно для себя становлюсь на носки, сгибая ноги в коленях.
Оп-па! Да я прямо Майкл Джексон! – думаю я, на секунду замерев в такой позе.
Что?! Майкл Джексон?!
Вернувшись в устойчивое положение, я ошарашенно смотрю в зеркало.
МАЙКЛ ДЖЕКСОН?! Я же… могу его перетанцевать!! Охренеть… Ну-ка!
Разворачиваюсь лицом к зеркалу и, представив в голове, как это должно быть, пытаюсь повторить всемирно известное движение Майкла. Левая рука внизу живота, правая отставлена в сторону и движение тазом вперёд-назад, подрабатывая при этом левой ногой.
Оп-оп-оп! Похоже, блин! Вот это да!! А эта?! У него? «Лунная походка»?!! Точно!! Такого здесь кажется ещё никто не делает, я, по крайней мере, не видел!
Разворачиваюсь боком и, выставив руки вперёд, собираясь уже попробовать, но тут, в отражении замечаю, как, замерев с палочками в руках, на меня таращится из-за стола группа.
СТОП!! Стоп! На кой мне им это показывать? Сейчас как кто-нибудь увидит, вперёд меня где-нибудь выступит, и всё, прощай моё первенство! А ведь это может стать моей «визитной карточкой»! Не, нафиг-нафиг, обойдутся. Они меня не любят, я их тоже не люблю. Пусть им бог подаёт…
Разворачиваюсь к столу и вопросительно смотрю на меня глазеющих.
- Макнэ, ты не могла бы делать свои вульгарные движения где-нибудь в одиночестве? - раздаётся с их стороны голос ИнЧжон, - От них портится аппетит.
БоРам и КюРи с готовностью хихикают.
Хихикайте, хихикайте, - думаю я, направляясь в угол зала, где можно будет присесть на скамейку, - посмотрим, кто будет смеяться последним! Это же надо же – целый Майкл Джексон! Вот бы мне ещё его «Billie Jean» спеть… Был бы полный атас. А вообще, нужно сделать паузу. Прекратить скакать во все стороны и сесть, хорошенько подумать. Подбить текущие итоги. Посмотреть, что у меня уже есть, понять, как это можно использовать, может, отсортировать, что-то добавить к имеющемуся и попытаться продать всё ещё раз. Выпустить, к примеру, диск. Мне ведь же уже предлагали записать «миньон» с классической музыкой? Кстати, о классике. Ли ХеРин куда-то делась… Я тут по больницам, лазером раненый… Могла бы хотя бы позвонить, спросить, как здоровье… Девчонки всегда такие бесчувственные… Ладно, не первый раз, переживём. У меня есть более интересное занятие, чем пытаться понять, почему они такие...