Я только покачала головою. Ну, ладно храмовники, они закостенелые в своей вере. Но эти-то глупые курицы, куда? Что ещё за «кара Великого»? Насколько я понимаю, так называют душевные болезни детей, которые даются им за грехи их родителей. Я с досады закрыла глаза и постаралась не выругаться вслух.
Гости торопливо покидали храм, не соизволив попрощаться с хозяевами. На их лицах была написана осторожная брезгливость напополам с желанием немедленно поделиться со своими домашними информацией об этом восхитительном скандале. Нда… сплетен теперь до Дня Благодати, не меньше.
Послышался сердитый голос дяди, я встала со своего места и побрела в сторону каморки, где возмущались мои родственники. Боюсь, что сейчас не то время, чтобы высказывать некие эмоции.
Эйлис замолчала, просто сидела на полу в углу комнаты, подтянув колени к груди и закрывшись завесой распущенных волос.
- Дорогие гости! Прошу вас, это переходит всякие границы! Моей дочери стало нехорошо, ей действительно очень дурно. Принесите кто-нибудь нервические капли. А ещё лучше – просто оставим её ненадолго. Это нервный срыв, просто нервы, ведь она так ждала, когда же наступит этот день! – утверждал Анндра, сам находящийся на гране нервного срыва.
Ричард закрыл лицо руками и стоял, словно в воду опущенный. Не думаю, что он раньше знал о том, что его невеста… не совсем здорова. Сейчас девушка была совершенно спокойна и даже отрешена, словно находилась в одиночестве. Она перебирала свои игрушки, выстраивая их в только ей понятном порядке.
Сейчас Анндра был молчалив, он быстро взял себя в руки, принял, скривившись, пузырёк нервических капель, которые протягивала ему Кейтлин. Его сын, Марк, был вне себя, и не скрывал своего гнева. Хотя, его тоже можно понять – такая сделка сорвалась!
Ричард к этому времени смог взять себя в руки и смотрел на них, подняв голову. Затем, он отлепился от того угла, в котором простоял всё это время, и, горько усмехнувшись, произнёс:
- Милорд Харнер! Боюсь, что я буду вынужден отказаться от брака с вашей дочерью.
Отец несостоявшегося новобрачного скривился, словно съел мороженной брюквы, и быстро переглянулся со своей супругой. По его лицу было невозможно что-то прочесть, однако у меня сложилось впечатление, будто для дорогих родителей сюрприза не было.
Мой папенька, как водится, не стал переживать по поводу собственной деликатности, и высказал лорду Харнеру всё, что о нём думает, ровно, как и о том, что он думает о мошенниках. Дядя Ангайд хмыкнул, соглашаясь со словами своего брата.
Один только Роберт нашёл в себе силы для того, чтобы хмуро буркнуть что-то на прощание. Мой отец с дядей и кузиной тоже стояли на крыльце, я зябко куталась в тёплую накидку – только сейчас заметила, что уже заметно похолодало, да и неудивительно, если близится зима…
- Прошу вас быть нашими гостями – натужно выдал Даниэль, который, несмотря ни на что, пытался сохранить лицо.
- Пожалуй, мы будем вынуждены отказаться! – хмыкнул дядя Ангайд, наклонился к Полине и шепнул, что двери дома для неё всегда открыты.
Дядя ободряюще подмигнул, я же состроила кислую мину –вот уж чего не предполагала, что придётся незапланированно ночевать в коляске. А впрочем… всё познаётся в сравнении. Прощание с родственниками на крыльце храма великого прошло быстро и довольно скомкано, все были слишком взбудоражены, не до политесов сейчас.
Охрана зажгла факелы, и мы продолжали двигаться по тракту в темноте, потому что спешили покинуть земли Харнеров. Поездка проходила в молчании, разве что Роб высказал сомнение в правильности того, что мы отказались от гостеприимства лорда Даниэля.
Но я так не считала, хоть и придётся теперь ночевать под открытым небом, но всё же… И, уже укладываясь спать в коляске, у меня промелькнула мысль о том, что есть человек, которому сейчас гораздо хуже, нежели мне. В конце-то концов, уже завтра я буду спать в собственной постели, а вот Ричард… я устало закрыла глаза, но сон не шёл ко мне.
Разумеется, я прекрасно понимала, что с этой историей с болезнью его невесты не всё чисто. В то, что об этом знали родители Ричарда, сомневаться не приходится, очень уж огорчёнными они выглядели, то есть… я не слишком хорошо знала леди Кейтлин и её супруга…
Уже засыпая, мне пришла в голову странная мысль – о том, что и Полина с Якобом могли быть в сговоре с ними. Ещё тогда, в доме Харнеров, мне показалось, что кузина была очень взволнована и постоянно озиралась… надо же, какие глупые мысли приходят иногда в мою голову. Быть может, отец всё же прав, настаивая на том, что думать для меня вредно?