Статуя Дивной Адисы была сплошь покрыта цветущими вьющимися растениями, источающими сладкий аромат. "И как они в темноте цветут?" - Лири не уставала поражаться воле и силе Богов.
Положив в подножие самый пышный букет и щедро высыпав горсть монет, девушка горячо обратилась к Дивной Адисе: "Прекрасная Адиса! Я целый год исправно приносила тебе цветы и, как и обещала, вышила картину, посвященную тебе! Осталось только подарить достойному следователю твоей воли! Прошу тебя, помоги мне поступить в академию! Сделай так, чтобы родители смирились с тем, что я уеду на учебу! Я непременно должна учиться! И ещё, будь добра, забери веснушки, которыми ты столь неуместно наградила меня! Я не хочу больше думать о них!"
Лири внимательно окинула статую богини пристальным взглядом, но никаких знаков от богини не увидела. Вздохнула тяжело, но после легкомысленно тряхнула кудрями - она свою часть сделки выполнила, дело за богиней. А боги от своих обещаний не отказываются.
Глава 4
Поговорить с отцом в этот день не удалось, вечером его не оказалось дома. А на следующий день, когда Лири проснулась и побежала к нему в кабинет, отца уже не было. Топнула с досады ногой, и, кусая губы, вернулась в комнату.
- Исси! После завтрака пойдешь со мной, мне надо прогуляться, - горничная разбирала платья в спальне девушки и согласно кивнула:
- Конечно, леди Лиринель, - но, увидя, как девушка достаёт и заворачивает книгу, всполошилась. - Вы опять туда пойдете? Ох, леди Лиринель, беды вы хотите на мою голову! Поговаривают, что она магией владеет, так ведь запрещено это! А графиня узнает?
- Исси, откуда она узнает? Если только ты лично не доложишь.
- Что вы, леди Лиринель! Но мало ли...
- Ты МОЯ личная горничная и не должна рассказывать матушке о том, где мы бываем и что делаем! - на всякий случай напомнила девушка. - Не бойся. Я скажу, что мы отправимся на прогулку.
Исси и не пыталась переубедить упрямую хозяйку, лишь с прискорбным видом, согласно кивнула.
Лири и сопровождающая её горничная, доехав до центральной улицы Ксареса, теперь неспешно там прогуливались. Графиня легко отпустила дочь, погода стояла солнечная, так зачем же молодой девушке сидеть в четырёх стенах.
Лири наслаждалась весной. Девушка подняла голову, с улыбкой ловя тёплые, ещё не жаркие лучи солнца. Вяло отмахнулась от надоедливой мысли о веснушках, что тоже любили солнечный свет. В это время было мало прохожих, экипажи изредка проносились, грохоча по каменной мостовой, и вновь наступала тишина, наполненная негромкими переливами птичьего пения. Лири глубоко вдыхала сладкий аромат цветущих акаций, распространившийся по всей улице. Подумала о Дориане, и, улыбнувшись своим мыслям, твёрдо решила дождаться сегодня отца и поговорить с ним.
Вскоре девушки дошли до нужной развилки и свернули на узкую дорогу, зажатую с двух сторон каменными домами. Пройдя ещё с пару сотен шагов, девушка громко постучала в деревянную темную дверь и вошла внутрь. В нос привычно ударил запах трав, микстур, настоек. Большой стеллаж во всю стену, был полностью заставлен различными бутылками, пузырьками, флаконами. Свет от большой подвесной лампы, ярко освещал комнату, и отблески весело плясали на выпуклых боках склянок.
- Миссис Экберт! Добрый день! - звонкий голосок Лиринель разнесся по дому, отыскивая хозяйку. В соседней комнате послышался шум, и оттуда выглянула высокая худая женщина средних лет. Темные, с проседью волосы были собраны на затылке в аккуратный пучок, глубоко посаженные глаза глядели проницательно и остро.
- А, Лири, - совсем по-простому, обратилась к ней женщина, - проходи. Исси, пройди на кухню, сделай себе чай.
Исси привычно поплелась на кухню, всем своим видом не одобряя увлечения хозяйки. Лири же, наоборот, оживлённо последовала за миссис Экберт.
- Давненько ко мне не заглядывала, - женщина вернулась к своему занятию, разбирая пучки сухих трав на столе.
- Брат должен был вернуться, родители вплотную занялись моим воспитанием, - девушка осторожно положила принесенную книгу в шкаф, привычно накинула поверх платья рабочий халат, собрала выбившиеся волосы лентой. И подошла к миссис Экберт. - Чем вы сегодня занимаетесь?