— У меня была бурная жизнь… Вот в посмертии и решили… усмирить… вот оно тебе надо? Что ты себе голову чепухой забиваешь. Пиши доклад. Эти книженции хранят много имен, которые стоит помнить…
Я перелистнула страницу и вооружившись карандашом, принялась делать пометки в казенной тетради.
Конечно, наличие формы, обуви и письменных принадлежностей, лично меня несказанно обрадовало. Ровно до тех пор, как Тара обмолвилась, что у нее не хватает тетрадей для практических занятий по зельеварению. И добавила, что ждет выходных, потому как в стенах Академии нет ни единого торгового лотка. И у меня вмиг возник резонный вопрос — а с какой это радости мне такие почести и поблажки. Нет, приятного конечно мало — стоять в чужом охотничьем костюме с котомкой в руках на построении. Да еще и в сумке есть все что угодно, только не то что мне на самом деле нужно. Тут и казенной тетрадке с карандашом обрадуешься.
Совсем другое дело, когда тебя вот так… ни с того ни с сего облагодетельствовали… да еще и молча.
Не люблю я в долгах ходить. Каждый долг отдавать полагается. А я даже не знаю, кому должна. Нехорошо!
— Мне вот любопытно, а откуда в моей комнате тетради, карандаши, одежда? — спросила я все так же сидящего неподвижно Идена.
Отвечать он похоже не очень хотел. Более того, резко вспомнил, что спешит, у него дела и в его обязанности не только возня с одной едва поступившей студенткой… И вообще, надоела я ему до воя…
— Ну что — тайна такая страшная?! — вспылила я. — Не скажешь, я вообще к ним не прикоснусь. Пойду завтра же куплю себе форму и канцелярию…
— Угомонись! Форма и обувь выдается студентам согласно уставу Академии. Ну… а с канцелярией подсобил ректор Корайс… Точнее он распорядился, а мы уже… Что тебя не устраивает? А?! У тебя все есть! Только учись и не лезь в неприятности. Чего ты еще и ворчишь?!
Я поджала губы и снова уткнулась в книгу. Но не на долго.
— Иден, а почему ты мне помогаешь? — вдруг спросила я. — Ни за одним студентом нет такого надзора. И привидения в личные сопровождающие никому не назначили.
Иден пошел рябью. После задумался, и пожал плечами.
— Мне пора! — заключил он. — Учи уроки. Завтра у тебя первой парой медитации. Помнишь же, что куратор теперь лично будет у тебя преподавать обращение с резервом?
— Ты не ответил на мой вопрос… — с нажимом вернулась я к важной для меня теме разговора.
Иден уже собираясь пройти сквозь входную дверь остановился.
— Верю, что у тебя великое будущее, Искра, — пробормотал он не совсем внятно и сбежал.
Паразит.
А вот и правда странно все это. Что во мне такого, чтобы так со мной нянчиться?
Все же я выясню у него сей момент!
И снова открыв книгу, углубилась в чтение.
В общем, рассказы о деяниях древних магов были весьма интересны. И точки зрения истории магии и королевства в принципе. Но совершенно неинтересны мне. Во первых, я очень слабо представляла себе мага, с таким резервом, что одним щелчком пальцев, даже без заклинания способен вызвать бурю или потушить лесной пожар… или, как Демейтирус Георинг Тельвийский — изменить рельеф Шетеренских горных хребтов. У меня возникает тут же резонный вопрос — а зачем?
В то время, как в другой книге в это самое время темные маги, да и светлые тоже, строили врата в Изнанку, дабы призвать тварей и захватить власть.
В общем, я этого не понимала. Тратили силы на всякую ерунду, а потом героически устраняли последствия своего безделья.
Я захлопнула книгу и, побарабанив пальцами по обложке, отложила её в сторону.
Доклад мне на пятницу — ещё успею придумать, что туда писать. Чтобы очень расстроить магистра Дейрема.
Потому отложила книгу, быстро переоделась в ночную рубашку и залезла под одеяло.
Сон сморил меня мгновенно. И снилось мне нечто странное, но что именно я не помню совершенно.
ГЛАВА 10
— Глубокий вдох. Медленный выдох, — голос лорда-начальника Теневой стражи прозвучал просто у меня над макушкой, но я не вздрогнула, как обычно бывало, а послушно сделала то, что мне велели.
У меня, как ни странно, даже получилось почти не ерзать, практически не обращать внимание на его присутствие за моей спиной и не ёжиться, когда его дыхание касалось затылка. В общем, я была собрана как никогда. Все же первоочередная моя задача — учиться. А учиться я могла только в том случае, если смогу контролировать свой дар.
Перспектива получить печать и отправиться в широкий мир выживать, как сумею — совершенно не радовала и здорово подстегивала рвение к знаниям, контролю и дисциплине.
— Сосредоточься, Айрин.
Голос Орема в пустом помещении небольшой аудитории с высоким потолком звучал как-то особенно. Он был мягкий, обволакивающий, успокаивающий и в то же время властный настолько, что волей-неволей делаешь то, что велит. И все же открывать глаза я не решалась. Как, впрочем, и заговорить с необычайно серьезным куратором. Хоть на языке вертелись вопросы, которые полночи не давали мне спать.
— Не отвлекайся, Айрин. Еще раз. Вдох-выдох. Без перерыва. Дыши ртом…
Его руки легли мне на плечи и в этот раз я все же вздрогнула. Но все равно сосредоточилась на упражнении, стараясь не отвлекаться на обжигающее тепло рук Вилмарта Орема. Я следовала его наставлениям и просебя молилась Свету, дабы в этот раз все получилось.
Впрочем, нечто такое же говорила делать и магистр Ферг. И я подспудно боялась, что и на занятии с наставником меня тоже постигнет неудача.
— Айрин, прекрати там размышлять о тленности бытия и цены на тыкву этой осенью одновременно, — немного резко и раздраженно скомандовал куратор. — Ты сама сбиваешь себя. Смысл медитаций в том, чтобы здесь, — он легонько постучал меня по голове указательным пальцем, и щеки обдало жаром от стыда. — было как можно свободней. Попробуй не забивать голову всем подряд и удивишься, как окажется все просто на самом деле.
— Как можно ни о чем не думать? — проворчала я, досадливо поджав губы.
— Не думал, что для тебя это проблема, — насмешливо заметил он.
Я решила промолчать. Вообще, у меня после занятий с Эргелем резко выработался инстинкт самосохранения и даже способность тщательно обдумывать то, что собираюсь сказать. Особенно такому человеку, как лорд-начальник Теневой стражи. И нашему распрекрасному, очень чуткому, безгранично доброму и жалостливому мастеру Эргелю Онеру. Правда кроме него его такими эпитетами никто не награждает, но это уже подробности… И никто же с ним не станет спорить. Мы и так постанывая выползали на утреннее построение. Мне даже целебная мазь не очень помогла. Хотя… Тут сложно представить что бы со мной было, если бы этой мази у меня не оказалось.
— Прошу прощения, магистр Орем! Впредь, я буду внимательней, — покорно пробормотала я.
Притом получилось так убедительно, что куратор даже не нашелся, что съязвить в ответ.
— Давай сначала, — просто сказал он, убрав ладони с моих плеч.
А я некстати подумала, что хотелось бы, чтобы он вернул их на место. Мне нравилось это обжигающее тепло…
О, Свет! Это я так стараюсь ни о чем не думать…
Так! Вдох-выдох! Снова. И снова… и снова…
Пока в глазах не начало рябить, а тело наливаться такой легкостью, что казалось невесомым. И если у меня кто-нибудь когда-нибудь спросит, когда именно я увидела свой дар, то наверняка не смогу ответить.
Сначала рывками, размыто, нечетко. Но чем дальше, тем ярче.
Теперь я понимала, что именно имел в виду Иден. Он был похож на маленькую искру, оплетенную черным не то дымом, не то туманом. Но, в то же время, я чувствовала огромную силу в этой маленькой крошке огня.
На моих плечах снова устроились руки магистра, но в этот раз они не казались мне горячими, скорее наоборот.
— Попробуй прикоснуться к дару, — спокойно велел лорд Орем. — Не пытайся его задействовать. Просто прикоснись. Почувствуй. — и вместе с тем, пальцы на моих плечах чуть сжались. Словно пытались удержаться или удержать меня.