Сандреро замер, ощутив холод металла, коснувшегося ямки у основания шеи. Он медленно опустил меч. Ук-Мак шагнул назад.
— Очень хорошо, — наставник поклонился.
Рыцарь коротко кивнул в ответ.
Вместе они вернулись к Верлису. Тот стоял, огромный, словно медведище, заткнув большие пальцы рук за широкий ремень.
— Ты не веолатор, — кинул он Дерелу. — Веолатор убивает красиво, тля нехо это искусство и наслажтение. Ты же твихаешься и жалишь, как змея.
— Он лучший боец из всех, кого я видел здесь, — сказал Сандреро.
— Лушше тебя?
— Возможно, — мастер фехтования задумчиво поглядел на Ук-Мака. — Я бы с удовольствием однажды выяснил это.
— Ты хотел, чтобы я победил тех четверых — я выполнил твое желание. Что теперь? — вызывающе обратился рыцарь к хозяину ристалища. — Спеть? Подраться с тобой?
В глазах Верлиса заплясало тёмное пламя. Но он всё так же невозмутимо ответил:
— Скоро нашнутся бои. Выихрай настоящую схватку на моих условиях — я найму тебя на твоих.
— Что за условия?
— Ты бутешь биться без тоспехов… а так же отежты. Совсем.
Лицо Дерела застыло.
— Идёт.
Когда солнце покатилось к горизонту, а море из синего стало сизым, дверь тюрьмы распахнулась. В комнату вошли два стражника, ещё один стоял снаружи. Так происходило каждый раз: приносили ли Айрин воду, или вытаскивали ведро. Маркиз не оставлял пленнице ни малейшего шанса на побег. Но ей этого и не требовалось.
— Эй ты, — обратилась принцесса к хмурому воину, поставившему на стол глиняную кружку с водой. — Передай своему господину, что он победил. Пусть придёт сюда, и я сделаю всё, что он прикажет!
14. Схватка
Ук-Мак, обхватив правый кулак левой ладонью, молился. Он просил Ильэлла, короля богов и господина всех воинов, ниспослать победу. Не ради богатства или сохранения его, Дерела, жизни — ради спасения Айрин.
Дверь на улицу приоткрылась, впуская гул толпы.
— Твой черёд! — перекрикивая шум, сообщил один из распорядителей, заглядывая внутрь.
Рыцарь встал. Поднял прислонённый к лавке полуторный меч.
— А вот и следующие бойцы! — надрывался снаружи глашатай. — Первый — уже известный вам Железнобокий Ставрос!
Публика радостно взревела.
— Ставрос прикончил на ристалище восьмерых и сегодня горит желанием увеличить счёт!
— Став-рос! Став-рос! — возбуждённо скандировали люди.
— Против него выйдет новичок, не побоявшийся умереть вам на потеху! Встречайте — Голозадый Мореход!
Ук-Мак недоумённо уставился на дверь. Та распахнулась, вновь показалось недовольное лицо распорядителя.
— Заснул али сдрейфил?! Чего ждёшь? Выходи быстро! И тряпку сыми!
Рыцарь шумно выдохнул. Стиснув зубы, сорвал набедренную повязку, в которой ожидал начала боя, и шагнул навстречу многоголосому гомону.
На небе ещё играли солнечные всполохи, раскрасившие редкие облака ярко-розовым. Но внизу, в тени городской стены уже было сумрачно, поэтому вокруг ристалища чадили факелы. При виде Ук-Мака, толпа взорвалась свистом, смехом, улюлюканьем. Со всех сторон посыпались шутки и язвительные комментарии.
Дерел, чувствуя, как начинают гореть щёки, сконцентрировался на противнике.
Большой — на две головы выше рыцаря, — воин стоял в центре площадки. Сверху донизу его тело защищала броня: кольчатый панцирь, кольчужные шоссы и кольчужный капюшон — койф. Из-за плотного гамбезона, поддетого под доспех, крупный Ставрос выглядел ещё внушительнее: на его фоне широкоплечий жилистый Ук-Мак казался щуплым.
— Убить тебя — все равно что разделать свинью, — с усмешкой заявил Ставрос, когда рыцарь приблизился.
Зрители захохотали.
— Давай, Ставрос, грохни его! Разруби на части! Уделай морячка!
Неожиданно и у рыцаря нашлась поддержка. Перемешавшиеся с горожанами матросы принялись орать:
— Эй, голый мореход! Завали сухопутную крысу! Не посрами морское братство!
Не обращая внимания на раззадоренную публику, Дерел тихо ответил Ставросу:
— У меня мало времени. Не трать его на болтовню, деревенщина.
Противник оскалился:
— Ты щас кровью умоешься, голожопый!
— Ох, как они ненавидят друг друга! — Сильнее заводя толпу, завопил глашатай. — Что за битва нас ждёт! Кто победит?!
— Ставрос!! Голяк!!
Глашатай воздел руки:
— Начинайте!
И кроликом понёсся к выходу с поля.
Ставрос взмахнул топором на длинной рукояти. Ук-Мак отскочил, даже не пытаясь парировать. До начала боя, глядя на оружие соперника, он подумал, что любой пропущенный удар будет стоить ему жизни. Особенно если враг умеет пользоваться топором.