Криттер немного смягчилась.
"Возвращайся в библиотеку, Ангел. Айс сейчас на взводе и не будет слушать. Дай ей время остыть"
Я посмотрела на Сони, которая нерешительно кивнула.
"Ты уверена?", – спросила я, пытаясь подавить всхлипы.
Она слабо улыбнулась.
"Да, я уверена. Дай ей успокоиться. Я думаю, что она в состоянии понять, кто говорит ей правду. В конце -концов очевидно, что у Сайко была своя мотивация. Особенно в том, что касается Айс. Дай ей немного времени и я уверена, что она выслушает тебя".
Выражение лица Криттер ясно давало мне понять, что лучше бы моим объяснениям быть убедительными.
Я посмотрела в темный пустой коридор, изо всех сил желая, чтобы там появилась Айс. Когда этого не случилось, я кивнула.
"Хорошо. Я подожду. Но если вы не против, то я бы предпочла пойти в камеру. Не думаю, что я готова встретиться с Кориной"
Обе женщины кивнули мне и выпустили мои руки.
В тот день я так и не увидела Айс. И никто другой, кого я спрашивала и даже умоляла мне ответить. Создавалось ощущение, что она исчезла с лица земли.
Я провела вечер в состоянии паники, почти ожидая сирены, которая обозначала бы, что кто-то совершил побег. Но вокруг царила привычная тишина. Я бродила по коридору от своей камеры к камере Айс, пугая охрану своим безумным взглядом и вопросами об Айс. Периодически я заглядывала в туалет и меня тошнило. Снова, и снова, и снова. Я стояла на коленях и молила Бога, чтобы он позволил мне найти ее и рассказать историю со своей точки зрения.
Но меня никто не услышал.
Уже светало, когда я совсем обессилела и впала в забытье.
ЧАСТЬ 16
Я видела сон.
Я понимала это. Но даже осознание происходящего не могло мне помочь. Ощущение собственной вины глубоко засело в моей голове.
Мои сны были наполнены видениями из зала заседания. В этих снах, я всегда сидела в этом нелепом большом отделении для свидетелей на огромном стуле и смотрела на кафедру судьи, которая возвышалась надо мной будто небоскреб. Корина, как это ни странно, всегда была судьей. Она была в такой белой тоге, которую описывают некоторые книги как костюм английских присяжных. Она говорила только одно слово. Снова, и снова, и снова.
Виновна!
Виновна!
Виновна!
Между кафедрой судьи и моим стулом была скамейка на которой восседали присяжные одетые в старинные костюмы. Во-первых, там были мои родители. Надо проконсультироваться у Фрейда, а то они были одеты в костюмы Луи XIV и Марии Антуаннеты. В их руках были маленькие молоточки, которыми они не переставая стучали по деревянным ручкам моего ужасно большого стула, в знак того, что я плохая дочь, которая разбила их сердца, испортила репутацию семьи и разочаровала всех родственников.
Виновна!
Далее шли одноклассники из средней школы, которые обвиняли меня в том, что я была учительской любимицей (а так и было) и в том, что я платила за это деньги (но этого не было в реальности).
Виновна!
Потом друзья из высшей школы со своими обвинениями, которые лились сплошным потоком словно дождь во время грозы.
Виновна!
Потом появился Питер. В отличии от остальных на нем не было костюма, как это ни странно. Мой муж, которого давно унесла смерть, был абсолютно голым. Его кожа была мертвенно бледной. Его голова была деформирована, а из ушей текла кровь. Он пах формальдегидом и пшеничной водкой. Он наклонился ко мне и его зловонное, гнилое дыхание коснулось моего лица и волос.
Когда он начал говорить, то повторял те же слова, что в ту ночь, когда пытался изнасиловать меня. Он был таким агрессивным, что на какое-то мгновение я снова оказалась в своей комнате на кровати. Я пыталась нащупать оружие, но ничего не могла найти.
"Это все сон", -кричала я.
Виновна!
"Ты не настоящий! Ты не можешь мне ничего сделать!"
Виновна!
"Ты мертвый! Неужели не понятно??? Ты мертвый! Я убила тебя!!!"
Виновна! Виновна!
"Пожалуйста, Питер! Остановись! Я не хочу навредить тебе! Пожалуйста, остановись! Я не хочу навредить тебе! Пожалуйста! Просто…оставайся…мертвым!!!"
Тишина.
Это была та мертвая тишина, когда хочется кричать.
Я зажмурилась, помотала головой, пытаясь проснуться. Когда я снова открыла глаза Питера уже не было, скамейки присяжных не было, Корины не было. Пусто…
Только я… и…
Айс.
Одетая так же как и на наш юбилей, в голубом платье… с розой в руке.
В отличии от других, она ни в чем меня не обвиняла. Она ничего не требовала. Она просто смотрела на меня и держала в руке одну совершенную, кроваво-красную розу.