Стоящий за мной Том фыркнул, и это принесло мне облегчение. Небольшое, но облегчение.
Джон усмехнулся: «Нет. Хотя я был неплохим охотником».
Широко раскрыв глаза, я поглядела на Попа, понимая, что захожу очень и очень далеко. Но что я могла еще поделать? Поп рассмеялся: «Иногда плохие парни нравятся ему больше, чем хорошие. Черт сбивал его с пути больше чем один раз». И он незаметно подмигнул мне. После этого я окончательно расслабилась, больше не предавая значения его судимостям.
Я снова повернулась к Джону: «А что, если это не они? Что, если это какая-нибудь другая машина. Или грузовик?»
– Оо, это точно была легковушка. Грузовик не мог бы развернуться так быстро.
– Да, но наверняка с тех пор здесь повернула не одна машина…
Поп положил руку на мой локоть. «Тем не менее, это лучший наилучший выстрел, который мы можем сделать, Тайлер», – сказал он мягко.
Я вздохнула: «Я знаю. Я только… Я не хочу делать еще и другие, после того как этот случайно окажется ошибочным. Чем дольше мы без толку будем искать их…»
Том сделал шаг к нам: «А что если сделаем так? Ты и Поп пойдете по наиболее вероятному следу. Здесь миллион немощеных троп и пересекающихся дорог, ведущих на восток. И, если отталкиваться от соображения, что машина могла свернуть на одну из них, нам потребуется некоторое время на поиски. Я продолжу двигаться на юг, а Джон мог бы отправится на запад, миль на двадцать. Если никто из нас не найдет ничего интересного, мы развернемся обратно и направимся на встречу вслед за вами вдоль этой дороги. Если нам удастся что-то обнаружить, мы подадим знак. Ну, как?»
Я благодарно улыбнулась ему в ответ, удивляясь, что вообще могу улыбаться: «Да. Отличный план. Спасибо».
Усмехнувшись, он хлопнул меня по плечу: «Тогда приступим».
ЧАСТЬ 8
Солнце уже стояло высоко в небе, когда мы наконец вернулись на гладкое покрытие автобана после бесплодных поисков по покрытыми рытвинами, заваленными ветками лесным дорогам, пытаясь найти хоть малейший след.
С наступлением рассвета мои надежды стали таять, как месяц в небе. Каждый неверный след, каждая тропинка, которая оканчивалась тупиком, погружали меня все больше и больше в бездну отчаяния. И самое страшное, что я начинала думать, что выбраться мне из этой бездны уже не удастся.
Мой разум рисовал мне ужасные картины безжизненного тела Айс, лежащего где-то в закоулках беспроглядного леса, окружающего нас. Еще более страшными были образы Айс, истекающей кровью, медленно умирающей, не в силах скрыться от ночных чудовищ, которые, почуяв кровь, медленно, но неуклонно приближаются к ней.
Яростно я отметала эти образы, но с каждым часом, проведенным в бесполезных поисках, усталость наваливалась на меня все больше и больше, я уже не могла противостоять тому безумию, которое творилось у меня в голове. С каждым разом картины становились все беспощаднее, все красочнее, они все больше разрывали мое сердце, и я в бессильной злобе, стараясь сдержать крик боли, до крови избивала кулаки о стенку грузовика.
Братья Дрю присоединились к нам на полпути, после того, как обыскали свою часть леса. С еще парой глаз наши поиски стали быстрее, но в конце концов это все равно абсолютно ничего не изменило.
Ненадолго возвратившись в реальность, я потерла свои усталые, покрасневшие глаза, приготовившись к еще одной поездке по еще одной заброшенной дороге с большими ямами по бокам, в которых можно было бы спрятать целый дом. Тут я заметила, что мы направляемся на запад, прочь от восходящего солнца и от очередной дороги. Мое сердце забилось.
– Куда мы едем?
Поп не посмотрел на меня. Его немигающие глаза полностью сосредоточились на дороге. Он был очень бледен, очень усталый и состарившийся.
– Ненадолго домой, Тайлер. Нам надо передохнуть.
– Нет! – закричала я, схватив руль и попытавшись повернуть его, из-за чего мы чуть не съехали в дренажную канаву сбоку дороги. – Нет! Нам нельзя сдаваться!
Он аккуратно, но твердо убрал мою руку с руля и вернул грузовик на прежний курс.
– Мы не сдаемся, Тайлер. Джонни и Томми будут продолжать поиски, пока смогут. А мне нужно сделать один звонок и привести еще помощи. Слишком огромное пространство для трех групп. И тебе нужно поспать. Я не собираюсь смотреть на тебя и видеть, как ты находишься в одном шагу от глубокой-глубокой пропасти.
– Ты не понимаешь!
Съехав на обочину, он остановил грузовик и, наконец, оторвал взгляд от дороги, чтобы посмотреть прямо на меня. В его глазах сквозила бесконечная грусть.