– Спасиииибо! Я вам еще позвоню, если что-то потребуееееется!
– Конечно. Всего доброго.
После окончания разговора, Олег еще несколько минут смотрел в потолок с телефоном в руке. Кажется он начал злиться. И это чувство требовало выхода наружу.
Такого раньше не было…
Решение пришло неожиданно просто и быстро. Спустя несколько минут дверь в холодильное помещение распахнулось. А после… удар, удар, еще удар. Олег молча и без колебаний трижды пнул ногой в брюхо мертвой псины. В полной тишине был слышен лишь глухой звук и шелест черного мусорного пакета.
Все закончилось, не успев начаться. Но ветеринару вдруг стало легче.
– Прости меня, Айсберг – произнес Олег напоследок – Прости и… спасибо. Отличная терапия…
Айсберг молчал.
Глава 6
Последующие дни были, пожалуй, самыми спокойными и продуктивными за последнее время. Юлия, несмотря на пессимистичный настрой Олега, все-таки поборола собственные страхи и уже на следующий день после своего обещания посетила психолога. И с каждым новым сеансом ветеринар отмечал, как разительно его супруга меняется. Оставался вопрос: в лучшую ли сторону?
Олег хорошо запомнил тот день, когда Юлия в их общей постели внезапно предложила заняться любовью. Сама идея ветеринара не смутила. Мужчина предположил, что скорее всего все закончится истерикой жены уже на первых прикосновениях.
Однако удивило его совсем не это.
Когда Юлия проявила инициативу и забралась на мужа, она вдруг наклонилась к нему и, перехватив его руку, положила себе на шею.
– Придуши меня – прошептала Юлия, нарушая тишину в спальне таким внезапным и неожиданным предложением.
Олег был не из тех мужчин, кто относится к сексу с какими-либо оценками. У самого ветеринара никогда не было конкретных предпочтений. Юлия, как и все девушки до нее, не вызывали той самой «животной страсти», чтоб перестать себя контролировать. Нет, с эрекцией у Олега было все в порядке. Возможно просто его темперамент и особенности психики не позволяли раствориться в наслаждении. Олег испытывал удовольствие исключительно с физиологической точки зрения: раздражение полового члена, кровенаполнение и сила трения – вот и вся магия.
Так или иначе Олег был не глуп и прекрасно понимал: секс – игра для двоих. А потому мужчина никогда не противился женским желаниям за закрытыми дверьми спальни. Ветеринар был открыт для любых идей. Поэтому речь об удушении со стороны Юлии не вызвали в нем никаких отрицательных эмоций. Напротив, если это надо его жене, единственному человеку, с которым Олегу было комфортно, то он сделает для нее это возможным.
Тем не менее просьба супруги, в купе с ее недавней трагедией, заставила на секунду замешкаться Олега. И именно этой секунды хватило, чтобы Юлия смутилась и пришла «в себя»: внезапно спрыгнув со своего супруга, девушка сделала вид, что ничего не произошло.
До самого утра в спальне никто из них больше не произнес не единого слова.
Что же касается всего остального, то состояние Юлии действительно улучшалось после сеансов с психологом. Девушка медленно, но верно начала вылезать из своей скорлупы. Конечно, половину работы делали специальные препараты, которые прописали ей врачи. Тема изнасилования, которая раньше не обсуждалась ими, постепенно начала «проговариваться», крайней мере Юлией.
Например, девушка могла посреди обеда вспомнить фрагмент того вечера. Говорила она об этом с трудом, но ее голос был твердым, а дрожь в губах постепенно сходила на нет. Олег знал, что иногда после сексуального насилия, у жертвы может возникнуть временная амнезия, потеря памяти на травмирующие события. Удивительно, но психика использует это как защитный механизм, чтобы уберечь носителя от еще большей эмоциональной травмы. Воспоминания могут возвращаться внезапно и хаотично, и складываться в единую картину словно делали мозаики. Олег слушал жену с полным спокойствием. Это чувство подкреплялось мыслью, что в кармане его уличной одежды все еще покоится медицинский скальпель.
Что еще?.. Ах да, Олег стал замечать на теле жены синяки. Возможно она стала неуклюжей и рассеянной от психотропных препаратов?
Возможно. Столько свалилось на их семью переживаний, что мужчина не стал придавать значения синякам.
В целом у Юлии наблюдался прогресс. До этого супруга Олега находилась в исключительной стадии отрицания и изоляции. Теперь же в ее жизни был доктор, благодаря которому она постепенно возвращалась в социум, а главное – могла поговорить о происходящем. Олег не мог не признавать, что из него собеседник был никудышный, а потому был рад, что Юлия нашла своего «спасителя» в виде квалифицированного специалиста. И ветеринар был искренне рад за свою жену. Ведь он желал ей счастья.