Прежде чем Ноа успел ответить, двери распахнулись, и в кабинет ворвалась Ария. Как всегда прекрасна в белоснежном шерстяном платье, отороченое мехом снежных лисиц на манжетах и по вороту. На талии поблескивал серебряный пояс, а в ушах сверкали самоцветы Хрустальных пещер.
Андриян удивленно вскинул брови:
- Ария? Ты вовремя, дорогая сестра. Ноа Линц прибыл со своей невестой, Мирэй Лавгуд, думаю стоит его поздравить.
Ария застыла, заученная улыбка появилась на ее губах, но в ее глазах застыл лед.
- Это… чудесно, Андриян. - Натянуто произнесла она. - Поздравляю тебя, Ноа. Когда свадьба?
Глава 12 Дарина де Янн
С тех пор, как отец получил то письмо, что позволяло нашему роду возродиться из пепла забытия, меня стерегли денно и нощно, особенно после того случая с Амалией. Она сбежала и обвенчалась с каким-то мужчиной, то ли конюхом, то ли лакеем, что служил у них в доме. Меня под конвоем, а иначе я ни как не могу назвать двух матушкиных сестёр, что, поселились в моей комнате, выводили к завтраку, к обеду и ужину, на прогулку в сад, и только в сад. Меня не пускали даже в лавку! Я пыталась уговорить отца отметь такой режим, ведь я сразу согласилась на такой брак, так зачем же все это? Но отец был непреклонен, он так загорелся идеей восстановления рода, что даже забыл о том, что я тоже человек и его дочь.
Матушка, каждый день, за чашечкой чая, которая стала едва ли не ритуалом, твердила мне о долге перед родом и короной. Что мой брак поможет упрочить положение нашего рода, мы ведь всё таки королевская кровь! Что толку от этой крови? Мы седьмая вода на киселе, а не королевская кровь! Едва ли нас можно назвать родственниками короля. От всего этого родства лишь приставка и осталась.
Матушка еще много о чём говорила, когда приглашала меня к себе в будуар. Например, что я должна терпеть, опять же во благо рода, что бы мой муж не придумал, я всегда должна его поддерживать, кроме тех моментов, если его идеи шли в разрез в королевскими. Еще, что должна быть почтительна и не требовательна. Следить за домом и прислугой, которая не всегда бывает чиста на руку. Да много о чём, кроме одного, что меня любят и поддержут, если станет плохо. В письме строго оговаривалось моё приданное, но матушка решила сэкономить, аргументируя, что у нее есть еще дочери, которых нужно будет продставлять короне. Мы выкупали те отрезы тканей, что непользовались спросом, и не важно, что цвета мне не шли, главное что ткани были! Драгоценности? Какие драгоценности, боги небесные? О чём вы? Это муж должен дарить своей невесте, а потом и жене драгоценности. Ведь выкуп мы не получаем! Так мне ответил отец. И много еще чего было. Сестры меня поддерживали, и я видела их надежду.
Надежду, что благодаря моему браку у них будет шанс. Последнюю ночь перед отплытием отец вызвал меня в кабинет.
- Дарина, ты ведь понимаешь, что став женой одного из герцогов Айт-Перри будешь богата?
Я не понимала, к чему клонит отец, о чём и сказала ему.
- Как была пустоголовой так и осталась! - Разозлился он. - Но хоть на что-то ты сгодилась. - Нахмурился отец, рассматривая меня. - Я не буду ходить вокруг да около, скажу прямо. Мы разорены, и я надесь, что ты не забудешь о семье, став женой влиятельного айт-перрийца. А не как Дана. Выскочила замуж, благодаря мне и сидит припеваючи, на рудных жилах!
- Я не понимаю, чего вы от меня хотите? - Я правда не понимала. Точнее, я предполагала, но боялась даже допустить эту мысль.
- Идиотка! - Разочарованно произнес он откидываясь на кресло. - Какая же ты идиотка! Все вы в мать пошли! Я жду от тебя финансовой поддержки во-первых, во-вторых, хочу чтобы после свадьбы ты забрала к себе сестёр. У них там больше шансов выти замуж, а мой будущий зять обеспечит их приданным.
У меня галаза на лоб полезли от наглости отца! Что он несёт?
- Отец, а вы не допускаете, что мой будущий муж, будет против того, чтобы обеспечивать моих сестёр приданным? - Отрожно спросила я, не поднимая глаз.
- А ты на что? - Разъярился он. - Ты должна уговорить его, взять девчонок к себе! Не можешь сама, ступай к матери, пусть поучит тебя как мужа ублажать во благо рода! - Отослал он меня взмахом руки.
Я же пулей вылетела из кабинета в слезах. Как же я поскорее хотела выйти замуж! За кого угодно, только не здесь! И да, я заберу девочек. Они еще малы. Марике двенадцать, Маливе четырнадцать. Дана уже замужем, и если получится я и ее заберу! Я сжала кулаки, вспоминая последний визит сестры, которая прятала синяки на руках и отводила взгляд за обедом. Она хотела меня поздравить, но Дану ко мне не пустили, побоялись наверное, что отговорит. Ей было плохо замужем. Ее муж совсем не уважал ее. И бил, когда в очередной раз приходил пьяным. А пьяным он был почти всегда. И очень редко отпускал к нам, заперев ее в глуши Данабурга. На тех самых рудных жилах, о кторых грезил отец.