Глава 15 Майя
Море...Оно всегда успокаивало и преободряло. Я брела по пустынному пляжу как всегда одна. И никак не могла принять случившееся. Я привыкла к одиноким прогулкам, как и к тому что у меня никогда не было друзей. Правда раньше всё было иначе. До десяти лет, я как и остальные дети в нашей деревушке была активная и общительная. У меня даже было несколько подружек. Но все изменилось. И я сама так решила.
Как только мне исполнилось десять видимо богиня решила сделать мне подарок. В ночь праздника я впервые ушла из дома. Но этот первый раз я помнила хорошо, в отличии от последующих. Меня звало к себе море. Я не слышала голосов или ещё чего-то, нет, просто шум волн манил. Я тихо оделась и выбралась из дома. Я шла по освещенной луной тропинке которую хорошо знала. Придя на пляж я подошла к воде. Волны словно подталкивали меня идти все глубже и глубже. Вода была теплой и успокаивающе покачивая меня расслабляла. И когда на поверхности воды осталась только моя голова. Меня окатила волна взявшаяся словно неоткуда. А дальше я очнулась уже дома. Родные очень переживали, особенно отец. Оказалось что меня искали почти всей деревней и отец нашел меня на берегу.
С тех пор я стала замечать за собой что неожиданно много знаю. Знаний было настолько много что моя бедная голова не справлялась с их освоением. Потому у меня были моменты когда голова просто отключалась и в эти дни я ничего не помнила. Отец с мамой сначала сильно испугались, но чем старше я становилась тем реже это происходило.
Мы с отцом были очень близки, поэтому ему я рассказала о своих провалах в памяти. Мы решили не тревожить маму и ей не говорить. Даже советовались с лучшими лекарями, но результата небыло. О том что это связано с знаниями, которые понемногу год за годом усваивались я не сказала даже отцу. Незнаю почему, может сама испугалась сначала, а потом уже не могла сказать. А ещё я не сказала о самом главном даре КаАйи - я слышала мысли людей и могла их заставить что-то сделать. Я поняла это тогда же в десять. Полежав несколько дней дома под пристальным присмотром мамы и бабушки мне наконец-то разрешили выйти на улицу. Я сразу побежала к сидящим под огромным деревом ребятам. Меня расспрашивали о здоровье и происшедшем. У всех на лицах я видела заинтересованность и заботу. Я что-то отвечала, а потом вдруг нас прервала мать моей, как я считала, подруги проходившая мимо. Она сказала чтобы дети не донимали меня распросами, и пошла дальше. Все резко замолчали на несколько минут. А потом на меня словно дождь полились мысли окружающих. Именно мысли, потому что губы не шевелились. Сначала я испугалась, а потом начала прислушиваться, и то что слышала пугало меня. Они презирали меня, все без исключения. Кто-то завидовал непонятно чему, кто-то побаивался. Но все чаще в их мыслях я слышала о выгоде. Да, мой отец был чужаком. Да, он часто уходил в плаванье, а вместе с ним и многие мужчины и юноши из деревни. Именно с его появлением жизнь всех жителей нашей небольшой деревушки намного улучшилась. Отец был на службе у короля, а это королевский флот и оплата естественно многим больше чем на обычном торговом суденышке. Поэтому со мной им было выгодно дружить. Дети начали что-то опять говорить, уверяя меня в своих переживаниях, но я им уже не верила, не слушала лживые слова - только мысли. Так продолжалось ещё несколько минут, пока я не выдержала и не прорычала мысленно " Заткнитесь, закройте свои поганые рты!". И все резко замолчали. Я испугалась. Но на меня никто не смотрел с укором или испугом. Собравшись с мыслями я сказала то чего мне сейчас хотелось больше всего на свете "Пошли вон, и больше не смейте ко мне никогда подходить!". Как не странно дети начали что-то говорить друг другу о появившихся делах, уходя они даже не смотрели на меня, словно меня здесь и небыло. И с этого дня со мной здоровались на улицах и все также в мыслях обсуждали но не пытались сблизиться или заговорить. Меня это устраивало, особенно когда по началу провалы в памяти были частым явлением. Отец все также пытался лечить меня от неизвестной хвори и все его мысли были заняты этим. И только мама заметила перемену во мне. То что я перестала играть с детьми. Она пыталась поговорить со мной об этом, но я старалась избегать данных тем. Со временем я научилась контролировать свою способность слышать мысли. Старалась закрываться от многих чтобы услышать кого-то конкретного. Я словно одевала на себя плащ с капюшоном цвета морской волны, а потом мысленно тянулась к конкретному человеку. Ещё я научилась закрываться совсем от родных. Не хотела слышать их мысли, считала это нечестным по отношению к тем кого люблю.