Визг тормозов и мощный толчок вытряхивают из кокона. Я не удерживаюсь и утыкаюсь лицом в спинку водительского кресла. Охаю, зажав нос ладонями. Он пылает так, что казалось: вот-вот пойдёт кровь.
Возмутиться мне не дали.
— Ты как? — Лекс ощупывает встревоженным взглядом.
Я смотрю на него, чувствуя, как от боли слезы наворачиваются.
— Нос болит, — вздыхаю под пристальным взглядом Лекса.
— Дай гляну, — велит он. Для этого мне приходится передвинуться на среднее сидение. Лекс мягко убирает мои руки от лица и сосредоточенно осматривает его. И я кожей ощущаю его взгляд, как будто пальцами касается, ощупывает, проверяя все ли кости целы. — Ничего страшного, не волнуйся, — улыбается мягко и расслабляется. — Держи, — он протягивает мне блестящую зажигалку. — Приложи к переносице, чтобы не распух и кровь не пошла.
Я киваю и только зажигалка оказывается в моей ладони, как Лекс перегибается через сидение и чмокает меня в самый кончик носа. Ошарашенная такой неожиданной лаской я и среагировать не успеваю — распахивается водительская дверца, и с рёвом машин в салон врывается отборный мат, «изрыгаемый» прокуренным мужским голосом.
Лекс подмигивает мне и выпрыгивает из машины, вежливо ответив нарушителю порядка. Вот только за его вежливостью кроется нечто более опасное. А я невольно залюбовалась им: мягкой, пружинящей походкой крадущегося хищника, широким разворотом плеч, красивым профилем и прищуром черных глаз. В нем все вопит о необузданном звере, притаившемся, подчинившемся воле человека. По спине пронесся опасный холодок. Дергаю плечом. Что за глупости лезут в голову? Видать, перечитала я фантастики, вот теперь и мерещится всякое.
Подношу к носу зажигалку, и в этот момент взгляд натыкается на обручальное кольцо. Тонкое, искусно отлитое из платины, оно благородно сияет на безымянном пальце. Растопыриваю пальчики, большим пальцем верчу колечко, любуясь его блеском. Красивое. И наверняка безумно дорогое. Вздыхаю, все-таки приложив зажигалку к переносице. Холодок острыми иголочками покалывает, унимая пульсирующий огонь. Улыбаюсь. Все будет хорошо. Просто нужно привыкнуть. Свыкнуться с мыслью, что я теперь жена. Я теперь не одна. У меня теперь семья. Семья? Да. Именно так. Семья. И пусть между нами только сделка, Лекс обещал меня защищать. Вот пусть и защищает, потому что мне надоело бояться и переживать, где переночевать, чтобы не подставить под удар Лесю и как пережить завтра и не попасться матери. Теперь мне есть, где ночевать. И Леська…Черт, Леська! Она же там наверняка вся извелась, а я совершенно забыла, что еще по дороге в ЗАГС отключила телефон.
Обнаружив мобильник рядом на сидении, я, не задумываясь, набираю номер подруги. Леська отвечает сразу.
— Айя?! — насторожено.
— Леська, прости, — выдыхаю и тут же нарываюсь на «трехэтажный» мат. От неожиданности — никогда не слышала, чтобы Леська так материлась — теряюсь и не слышу, как она перестает ругаться и что-то спрашивает.
— Айя, мать твою, я спрашиваю, где ты?
— В машине, — отвечаю.
— В какой машине? Айя?
— Лесь, а что ты знаешь о Туманове? — вместо ответа спрашиваю я.
— О Туманове? — в ее голосе удивление. С чего бы? Простой вопрос. — А почему ты спрашиваешь?
Врать не хочется, поэтому признаюсь:
— Потому что мне нужно знать, за кого я только что вышла замуж.
— Что?! — в трубке слышится грохот, ругательства. Я не на шутку тревожусь, окликаю подругу. Но та отмахивается от моих волнений — Погоди, я не ослышалась? Повтори.
— Я вышла замуж за Алексея Туманова, — проговариваю едва ли не по слогам.
Леська присвистывает от удивления и, посмеиваясь, протягивает вдруг:
— Все, подруга, теперь ты точно влипла.
— В смысле? — голос неожиданно сипит, и холод обжигает позвоночник, ползет вверх, парализуя.
— В смысле — не отпустит он теперь тебя, — фыркает Леська, явно довольная моей новостью. — Ох, как же сейчас хочется посмотреть на твою мамашку. Ей-то уже наверняка доложили, как думаешь?
— Стас приезжал, — зачем-то говорю я.
Что-то не нравится мне в нашем разговоре. Но никак не удается ухватить за хвост ускользающую мысль.
— О, тогда точно доложили. Менты еще на хвосте не висят? — смеется подруга в трубку. А я невольно оглядываюсь назад: машины мчат, огибая джип Лекса, куда-то спешат прохожие, вдалеке моргает светофор, но никаких мигалок и патрульных.