Лина закатила глаза, но молча встала и ушла в поисках телефона.
- Как думаешь, они уже не спят? – ища в контактах номер домашнего телефона, проговорила Романова. - Позвони и узнаешь, - пожал плечами Мадара, наблюдая за ней. - Хм, ну суббота вообще-то. Может, не пошли в школу? – прикладывая к уху трубку, выдохнула Лина.
*** Сасори стоял у книжного шкафа и искал орфографический словарь, потому что запнулся на словах «вентиляция» и «Кирилл». По его логике, если у «Кирилла» две буквы «л», потому что так слышится, то почему в «вентиляции» она одна, если там точно слышится их две. На простое замечание Нагато, у которого было пять по русскому языку, что это просто надо запомнить, Акасуна в раздражении ушел искать словарь.
На домашний сотовый телефон, лежащий на столе в комнате Итачи и Кисаме, поступил звонок. Все, услышавшие звук вибрирующего телефона, бросили свои дела и кинулись в комнату к ним, столпившись вокруг маленького столика. Кроме не тронувшегося с места Итачи.
- Это Линка, - озвучил Хидан. Нагато решительно нажал на кнопку принятия вызова и сразу поставил громкую связь: - Привет, Лина. - Нагато? – переспросила та. – Привет. Как у вас дела? Не голодаете? - Голодаем! – вклинился Хидан. – Мы в депрессии и не хотим ничего готовить! А Какудзу вообще денег не дает! - Потому что Линка увезла все деньги, остались только на нужные вещи, а не булки с чипсами, - хмуро отозвался Андрей. – Кашу есть надо, зря, что ли, сварили? - Что за каша, с чем сварили? – судя по обеспокоенному голосу, Лина принялась расхаживать по помещению, попутно теребя кончик своей косы, как делала при важных звонках. – Давно стоит? Почему не пожарили с маслом? Так еще лук есть в холодильнике, не забудьте про него! Хлеб дома есть? - Лин, Лина, - заговорил, прерывая ее, молчавший до этого Сасори. – У нас все есть. Отдыхай. Не забывай, что мы взрослые люди, и сидеть голодом – это наш осознанный выбор. - Я за ними там не следила, и здесь они в слежке не нуждаются, - строго высказалась Конан. – И ты прекращай с этим. Захотят – сами все сделают. Не маленькие. А то и так уже разбаловала.
Из трубки послышалось пристыженное молчание.
- Ладно, - после паузы мрачно сказала Романова. – Я вернусь. Не теряйте. - Отдыхай, - улыбнувшись, повторил слова брата Нагато. – Мы справимся без тебя.
Короткие гудки дали понять, что вызов был сброшен. Кисаме на протяжении разговора смотрел, как стекленеет взгляд Итачи, полностью обратившегося в слух. Учиха ловил каждое слово Евангелины, сам того не замечая, отрешившись от мыслей и темы книги, в которую смотрел и не видел строк. На ум пришло незатейливое «Любовь не картошка – не выкинешь за окошко», и хотя Кисаме смеялся, услышав в первый раз эту старую деревенскую поговорку, сейчас он понял ее вполне доходчивую суть. Все же у Итачи невероятно сложный характер или это добавляют еще подростковые гормоны?
- Жива, здорова, можно не переживать, - покивал Хидан. – Дей, пойдем жарить гречку, а то есть хочется. - Сегодня физика, нужно в школу наведаться, - заметил им Нагато. - Вот же непруха: из одной системы вырвались – попали в другую. И непонятно, где хуже, - жалуясь на жизнь, Кирилл пошел собирать сумку. Физику пропускать не стоило, тем более, гуманитарию.
*** Лина положила трубку и встретилась взглядом с Мадарой. Тот тихо рассмеялся, глядя на ее сконфуженное лицо. Простонав что-то нечленораздельное, Лина приложила руку к лицу.
- Это клиника, - вынесла вердикт самой себе Романова, опускаясь на край пуфика. - Именно, - кивнул Учиха, вставая из-за стола. – Полагаю, что это не исправить, так что оставляю тебя подумать, как ты будешь дальше с этим жить, - прошел в другую комнату, оставляя дверь нараспашку.
«А чего тут думать, - отнимая руку от лица и глядя в простывший след своего официального мужа. – Я усыновила Акацук. Государство мне за это платит почти семьдесят тысяч в месяц. Ничего личного, просто бизнес». Лина представила, как в будущем будет собирать своих «детей» в город, каждому в чемоданчик класть вещи, целовать в лоб на дорожку (при это каждый должен уворачиваться и фырчать, как кот). Рассмеялась. Бодро встала и прошагала в сторону комнаты, где сидел Мадара. Оперлась о косяк, наблюдая, как черные глаза внимательно смотрят в монитор, пока тонкие пальцы не быстро, но вполне по-офисному печатают текст.