Девушка покраснела чуток с непривычки, потом, видя, что ничего не происходит, молча прильнула к груди своего заштампованного супруга и, повернув голову набок, от скуки принялась вчитываться в документ.
- Вон, в 98 строчке ошибка, - видя, что Ветров собирается ее просто пролистнуть, подала голос Лина. - Какая? – суровый голос Макса заставил вздрогнуть, и Романова оробела, подумав, что, может, это несущественно, поэтому он ее пролистнул, посчитав незначительной. - Грамматическая, - тихо ответила Лина. – Там написано «данный отсчет», а нужно –«данный отчет». - Хм, и правда, - выделяя и эту ошибку непримиримо красной заливкой, согласился Мадара, печатая в сноске комментарий по поводу уровня внимательности бухгалтера.
Лина задрала голову, наблюдая за профилем своего супруга, очерчивая взглядом плотно сжатые губы и хмурую складку на лбу.
«Может быть, не только я Акацук разбаловала, но и они меня? – задумалась Лина. – Например, своим отношением. Это правда, что я много тратила на них своих сил, денег и времени. Но ведь это не было односторонним отношением, - вдруг осознала она словно в прозрении. – Разве меня не любили? Братской, дружеской любовью? Разве мне хоть раз сделали зло, которое бы ранило и оттолкнуло меня? Разве надо мной не тряслись, как над писаной торбой?! – сжала зубы Лина, утыкаясь лбом в грудь мужчины. – Я…»
- Я запуталась, - пробормотала она, не в силах держать в голове свои мысли. - Давай распутаемся, - с готовностью отозвался Мадара. - Я страшная эгоистка, - вскочила с его колен, пробежавшись ногами по кровати и спрыгнув на пол. Пройдя до окна, дернула занавески, поглядев на море. Взволнованно обернулась к выжидавшему ее объяснений Максу. – Они разбаловали меня! - Вот как, - вздернул бровь. – И чем же? - Любовью! Добрым отношением! Уважением, в конце концов! – широко жестикулируя, прошла от одного угла комнаты в другой. – Они приучили меня к тому, что я не слышала даже повышенного тона в свой адрес! И привыкла настолько, что сейчас, слыша его, почему-то очень болезненно реагирую, - выдохлась, опустившись на диван и обхватив лицо руками. - Все верно, они вели себя как настоящие шиноби с тобой, - пожал плечами Учиха. - И я отвечала на их доброту заботой, - беспомощно проговорила Лина. – И это правильно, так и должно быть. – Обернулась: - Почему ты не обратил мое внимание на это? - Потому что моя задача не читать морали, а поддерживать, - ответил Мадара очень серьезно. – В тот момент тебе нужно было уехать, чтобы успокоиться и посмотреть на ситуацию с другой стороны, - Учиха хмыкнул. – Я твой супруг, а не мать, так что осуждать или призывать к совести не стану, - говорил он так проникновенно, что Лина слушала, раскрыв рот. – Если бы ты в тот момент пожелала выгнать их из дома (что было логичнее всего), я бы помог. В этом и есть семья и супружество в моем понимании.
Потрясенная, Лина поднялась с места.
- Мне нужно подумать, - пробормотала она и вышла за дверь.
*** Наталья Александровна сегодня пришла раньше всех в класс, так что школьникам не пришлось ждать у дверей до самого звонка, дожидаясь, когда придет учительница, неся заветные ключи – в деревенской школе все ключи не сдавались на вахту, а уносились учителями домой. Впрочем, запасные всегда были у завхоза.
Класс потихоньку подтягивался в кабинет, желая учительнице доброго утра и рассаживаясь по местам. Наталья Александровна, сосредоточенно расписывая мелом на доске лабораторную работу, рассеянно отвечала на приветствия.