Итачи открыл глаза и посмотрел на вход, где только что стояла Лина, слушая ее шаги. Когда дверь на кухню тихо закрылась, Учиха прикрыл глаза и вновь задремал.
Ева, зайдя на кухню, наткнулась на Обито, который сидел на диване, уперев руки в колени и смотря в пол, провожая взглядом проползавшего мимо муравья.
- Доброе утро, - почти шепотом сказала она ему. Учиха смерил ее взглядом и кивнул. – Я не помешаю, если буду тут возиться? - Нет, - лаконично ответил тот и, поднявшись, вышел на улицу – Лина мешала ему думать.
Очень сложно перестроить себя с одного мировоззрения на другое, только лишь узнав, что жил всю жизнь в иллюзии, не подозревая об этом. Обито всю ночь не смог сомкнуть глаз, думая над всем, что произошло в его жизни, чему он был сам виной, а что испортили люди. Тщательный анализ того, что уже никогда не вернуть, не дал ему ничего – Обито пришел к тому, от чего отталкивался: нужно было жить дальше. И Учиха так и не придумал за ночь, как это сделать без оглядки на прошлую жизнь.
Лина неспешно приготовила завтрак из того, что осталось со вчерашнего дня в холодильнике: сметана, варенье и мед, так что на завтрак был чай. Расставив чашки по местам и разложив гостинцы, Лина ушла в свою комнату, чтобы посчитать свои скромные финансы, которых могло не хватить на содержание десятерых молодых людей.
Конан проснулась оттого, что Лина чуть громче, чем ожидала, хлопнула дверью комнаты. Сонно моргнув, девушка присела на постели.
- Прости, я тебя разбудила, - извинилась Лина, присаживаясь за свой стол, где стоял ноут. Стол был письменный, еще с советских времен – в нем помещались четыре выдвижных отдела и одна полочка прямо под столешницей. - Нет, все нормально, - Конан, чуть встрепанная со сна, сидела на постели, согнув ноги в коленях. Как и остальным проснувшимся, ей потребовалось время, чтобы вспомнить, что она здесь делает и почему.
Лина выдвинула ящик и достала оттуда листок бумаги и ручку. Затем, выдвинув другой ящик, извлекла из него кошелек и калькулятор – просто в том отделе лежало то, что нужно было для учебы. Раскрыв кошелек, Романова выложила оттуда все купюры и монеты изо всех отделов. Всего получилось около трех тысяч. «Не ожидала я, что мне деньги понадобятся… - мрачно подумала Лина, беря ручку и пододвигая листок к себе. – Так бы не потратилась на новые джинсы…» Женские слабости.
Задумавшись над дальнейшим планом жизни как своей, так и домочадцев, Лина пыталась соотнести свои дальнейшие действия и свое финансовое положение. Три тысячи для одиннадцати человек было слишком мало, тем более… «Я через неделю стипендию получаю. Это еще четыре тысячи. Но все равно вряд ли хватит». Перво-наперво надо было решить проблему с универом. Взять академический отпуск – это единственное, что можно было сделать. «Так, поездка в Ростов… 95+65+30+50… Это на непредвиденные расходы… - считала Лина, записывая первым пунктом «Академ отпуск». Она примерно знала, что нужно для него, поэтому приписав еще сто рублей к расходам, написала под вторым пунктом «Поставить всех на учет в отделе образования». Лина решила не заморачиваться с разъяснением Акацукам их жизненной позиции. Есть ситуация, которую надо решать во что бы то ни стало простым бытовым способом. А Акацуки пусть сами решают, принимают они свою новую жизнь или нет. – В любом случае, - мрачно надавив на ручку, подумала Романова. – От реальностей этого мира им никуда не уйти. Слава богу, хоть документы все в порядке… - Третьим пунктом стало написание заявлений о принятии в школу всех десяти детей. – Как-то странно употреблять слово "дети" в отношении Акацук… - Итак, три пункта своего плана нужно было выполнить в самое ближайшее время, чтобы остались дни на то, что Лина не продумала. – Еще кое-что, - вспомнила она. – Может, на этот год пойти техничкой в школу? Чтобы они были постоянно под присмотром?.. Эх… - Лина вздохнула. – Над этим надо подумать основательно».
Романова сидела, что-то вычисляла в своей русой голове, записывала свои вычисления в лист, а Конан, смотря на ее склоненную голову, думала, как же она сможет выкрутиться из этой ситуации.
Брюнетка встала с постели, аккуратно сложив одеяло с себя.