Лина возила вилкой по тарелке, в которой была гречка с яичницей. «Это приготовил Итачи, - ехидно напомнило подсознание. – Или ешь, или высыпь ему на голову со словами "У тебя руки из жопы растут!"». Лина вздохнула, прикрыв глаза. Это было уже слишком. И о том, что ей делать со своими чувствами, она подумает завтра, по дороге в Ростов, а пока…
- Лина, ты хорошо себя чувствуешь? – склонился к ней Обито, заметивший ее гримасу. - Э… - опомнилась та, посмотрев на него. - Пересолено, что ли? – тут же вклинился Кисаме и ухмыльнулся. Итачи, чье лицо стало непроницаемым, глянул на Лину. - Да нет, все нормально с едой. Очень вкусно, - улыбнулась девушка, переведя взгляд на Кисаме. – Просто устала. - Ты можешь спокойно ехать по своим делам, - сказал ей Нагато. – Не волнуйся за нас. - Хем… Да я и… - Ниче, Линка! – Хидан приобнял ее за плечи. – Организация Акацуки – самая организованная из всех организаций, что вообще могут организоваться, так что с нами тебе бояться нечего. - Верно, Лина, - кивнул Дейдара. – Мы теперь будем с тобой всегда. Хм…
Кисаме покосился на Итачи, который смотрел на Хидана и его руку на плечах Лины с таким видом, что стало ясно: будь у Учихи чакра, аматерасу было бы не избежать. Обито тоже это видел. А остальные ужинали.
===============
Боже, в 2014 были такие цены? Ахаха
5. Эпизод пятый. Объяснение
Вы задавались когда-нибудь вопросом, чего в вашей жизни не хватает для счастья? Подумайте хорошенько… Хм, могу поспорить, что вы подумали о том, чего у вас нет. В этом вся суть человека.
Лина выключила будильник, который поставила на телефоне. Конан, спавшая к девушке лицом, открыла глаза и сонно похлопала ресницами.
- Спи, - прошептала Лина, сползая с кровати. – Еще очень рано.
Выйдя из комнаты, Романова скользнула в ванную, где привела себя в порядок, затем вернулась обратно в спальню, где уже оделась. Конан сидела на постели и, таращась карими глазами на включенный ночник, пыталась проснуться.
- Ты так на сову похожа, - улыбнулась Лина, взглянув на нее. - На сову? – Хаюми недоуменно выгнула брови. - Да. Они очень красивые. Я их люблю, - Романова стояла у зеркала и красила себе левый глаз тушью. – Конан, если хочешь, можешь пользоваться любой моей косметикой, - вспомнила она, переходя к другому глазу. - Спасибо, не нужно, - покачала головой бывшая куноичи. – Лучше скажи, чем я могу помочь здесь, пока тебя не будет.
Евангелина в задумчивости завинтила флакончик с тушью и поставила его на место.
- Да, пожалуй, ничем, - пожала плечами она. – Обед они вроде как приготовят сами, а все остальное я сделаю сама.
Конан, мысленно укорив Лину за ее «я сама», но ничего не сказала, лишь позволила себе сощурить глаза.
Романова вышла на кухню, чтобы поставить чайник. Затем раскрыла двери на улицу, чтобы проверить, очень ли холодно в шесть утра и не замерзнет ли она в своем легком платьице. И, конечно, на улице было очень холодно… ну, относительно дневной жары.
- Почему так рано?
Вопрос среди утренней тишины раздался так неожиданно, что девушка едва не подпрыгнула. Обернувшись, Лина увидела Обито, который сидел на диване, спустив ноги на пол.
- Потому что в моей деревне такое расписание автобусов. Всего два рейса: рано утром или в полдень, - негромко, чтобы не нарушать тишину, ответила Лина, снова закрывая дверь.
Девушка налила себе чаю, затем, оставив его остывать, прошлепала босыми ногами в зал, в ту половину, где спали Кисаме с Итачи. Там в шкафу, что стоял возле их дивана, лежали все важные документы и вещи, включая аптечку. Лина собрала все папки, что были у Акацук, не зная, какой именно документ может понадобиться этим бюрократам, прихватила свои документы и аккуратно прикрыла дверцу шкафа, которая так противно взвизгнула, что напарники хором раскрыли глаза, собственно, как и те четверо, что спали в соседней комнате.