- Итачи? – растерянно проговорила Лина, все еще цепляясь за его шею. – А… эм… Привет, - покраснев под взглядом пронзительных черных глаз, пробормотала она. Учиха молчал и только смотрел. – Я бы хотела снять туфли, отдохнуть, поесть… - девушка отвела взгляд, коснувшись носом его груди. – Не мог бы ты отпустить меня? - Ты на ногах не стоишь. - Уже стою, - Лина скинула туфли, снова став значительно ниже ростом. Итачи расцепил руки, все-таки отобрав у Романовой сумку с документами. Та же в свою очередь скинула тюль с него и свернула в пакетик: - Потом повешу обратно…
Спешно убравшись в свою комнату для переодевания, Лина оставила Учиху одного.
*** Романова не выходила из комнаты до десяти вечера. На самом деле она просто завалилась спать сразу же, как только вошла, ибо вид уютной постели был настолько прекрасен, что удержаться было очень сложно.
В десять, когда большинство Акацук, сморенные усталостью, жарой и собственными размышлениями, уже укладывались спать или же просто мирно сидели на своих местах (подобно петухам на насесте), Лина, прихватив с собой полотенце, направилась в летний душ, так как не было ничего лучше после дневной прохлады искупаться под освежающими струями чуть теплого уличного душа. Сменную одежду она решила не брать, так как подумала, что завернется в полотенце – оно ведь большое – а Акацуки все равно спят, да и не извращенцы же они, чтобы за кем-то подсматривать, верно?
Терпеливо стоя под прохладной водой и глубоко дыша, Лина охлаждалась после тяжкого дня и стряхивала с себя оковы сна, так как до трех ночи хотела посидеть и поработать над своими делами.
Вскоре, полностью освежившись, Лина закуталась в полотенце, затем, развесив вещи сушиться на веревке, направилась в беседку, потому что несмотря на комаров, очень хотелось посидеть в прохладной тишине деревни и подумать над тем, что делать дальше, хотя это Романова за последние несколько дней должна была раз сто решить.
Но вместо того, чтобы думать о сущем, на ум Лине пришли мысли об Итачи. Она вспоминала, с чего все началось, и почему она стала думать о нем, не как о персонаже, а как о реально существующем парне.
- Ты же сказала, что устала, - голос Итачи, который неслышно оказался вблизи беседки, вывел Лину из задумчивости. – Если устала, иди спи. - Если я буду спать, дела сами собой не решатся. – В такой момент не хотелось что-то доказывать себе или чему-то противиться. Романова устала настолько, что хотелось быть собой. – Поэтому, пока все спят, я сижу тут и думаю, что мне делать. - Ты берешь на себя слишком много, - Итачи прошел и сел чуть поодаль от нее. - Я беру на себя лишь то, что могу унести, - Лина, прищурившись, посмотрела на него. – А ты почему не спишь? Что за выгода у Учихи не спать в такой поздний час? – несмотря на явный саркастический подтекст, Лина сказала это ровным голосом. - Что ты знаешь об Учиха, что заставляет тебя говорить так?
Лина вновь взглянула на него, положив ногу на ногу и скрестив руки под грудью.
- Проще будет, если ты просто почитаешь мангу. Но… - Лина пронзительно взглянула на него, решившись спросить в этот подходящий момент: - Что ты делаешь здесь сейчас? - Хочу узнать кое-что. - Кое-что… - повторила Лина, кивая головой, будто подтверждая что-то для себя. Затем выдохнула и зло прошипела: - Ты можешь говорить без гребанных загадок, Учиха? Объясни прямо, чего ты хочешь в данный момент от меня?
Итачи в легком удивлении выгнул брови. Фраза, разумеется, звучала двусмысленно, но Лина не задумывалась об этом, и он это понял.
- Думаю, ты и сама догадываешься. - Догадываюсь. Так, слушай сюда, - серые глаза Лины были полны решимости, коей ей всегда недостает. – Из всей вашей шайки, что заявилась ко мне в прошлом году нежданно-негаданно, мне был глубоко симпатичен один человек, - сердце стучало учащенно, будто она выступала перед огромной аудиторией. – Но я прекрасно знала ту грань, за которую не стоило бы лично мне переступать, до тех пор пока этот человек не стал сам проявлять ко мне лишние знаки внимания. Зачем? – Лина спокойнее продолжила: - Я же девушка. Глупая неразумная девушка, которая мечтает о большой любви. Вот и домечталась. Надеюсь, ты получил свой ответ. – Романова говорила это без сентиментальных чувств, которые она обычно вкладывает в свой рассказ, так как боялась его реакции на свои откровения. Еще раз вздохнув, прикрыв глаза, Лина сказала: - Я знаю и про брата, и про деревню, и про клан… И мне плевать, кем ты был там у себя. – Она взглянула на него, нахмурившись и задержав дыхание: - Не знаю, за что именно, но я люблю тебя. Я ничего от тебя не прошу и уж тем более ничего не ожидаю, потому что на данный момент между нами лежит глубокая социальная пропасть. Но… - Лина поджала губы, видя, что ее рассказ не производит на собеседника должного эффекта. – Я так думаю, я тебе не сильно симпатична…