Лина заметила, как Конан напряглась.
- Ничего, - на одном дыхании ответила она. – Я почти не выхожу из комнаты, поэтому я редко его вижу. - Знаешь, - Романова вздохнула, подсаживаясь к Хаюми поближе. – Я совершенно не разбираюсь в таких делах, но ведь ты его… - В таких делах, Лина, нет прошедшего времени, - тихий голос Конан звучал печально. Легкий ветерок прошелестел в ветвях соседских яблонь, шелохнув и волосы девушек. - Так почему ты ничего не предпринимаешь? - Так нечего предпринимать, - грустно усмехнулась Конан. – Судьба уж все за меня сделала. - Конан! – Лина кинулась ее обнимать, растрогавшись. – Не плачь, пожалуйста! - Я не плачу, - ответила несколько потрясенная реакцией Евы девушка. – Это ты плачешь. - Да, плачу, - кивнула Романова, поднимая на нее блестящие от слез глаза. – Но ты не плачь. Не бери с меня дурной пример.
Конан рассмеялась, покачав головой, обняв Лину.
- Не волнуйся за меня, пожалуйста, - сказала ей Хаюми. - Ну щас прям, ага, жди, - кивнула Лина. – Пошли спать лучше. - Идем, - радуясь, что прежняя Евангелина снова вернулась, Конан прошла вслед за ней в дом.
Когда обе девушки скрылись в комнатах, Обито, лежавший на боку, поднял голову и, подперев ее рукой, открыл глаза.
- Ну и долго ты там стоять собираешься?
Из-за буфета вышел Итачи, который хотел сам поговорить с Линой, для этого долго собираясь с мыслями, но Конан его опередила. Учиха глянул на Обито так, что стало ясно – гены клана не пропали в этом мире.
- Я не собираюсь тебя ни в чем упрекать, - отвечая на его взгляд, сказал Обито. – Лину жалко. Представляю, как ей пришлось все это время, - он перелег на спину и закрыл глаза. - Как бы ей ни пришлось, она знала, на что шла, - фраза была сказала голосом компьютерной говорилки. Конечно, если кто-нибудь может представить себе это. Ведь другим тоном он лгать не может. - Откуда столько зла, Итачи? Или три жизни ничему тебя не научили? – Обито выгнул брови, насмешливо смотря на названного брата. – Даже Лина тебе не верит, себе-то уж не лги. Или у тебя это уже вошло в привычку?
Говорить, что он никогда не лжет, утверждать, что Лина ему побоку, посылать Обито куда подальше – все это бы только подтвердило слова Учихи. Поэтому Итачи молча прошел к двери, молча раскрыл ее и с тихим звуком захлопнул за собой.
- Пффф, молодежь, - покачал головой типа старикан и прикрыл глаза, надеясь наконец-то уснуть.
*** Вскоре жизнь всех, живущих в доме Романовых, повернулась в лучшую сторону.
Во-первых, еще не наступило девятое августа, как Лине пришла стипендия. Затем девушку пригласили в Зерноградскую администрацию, где ей вручили банковскую карточку, на которую теперь каждый месяц будет приходить в общей сложности около шестидесяти тысяч, потому что на каждого сироту приходилось шесть. Плюс ко всему, ей подарили машину, да не простую, а микроавтобус (маршрутка, если быть совсем точным), в котором свободно могло поместиться до шестнадцати человек. Значит, свою копейку можно было свободно сдать в металлолом.
За несколько дней Лина уладила все дела, в которых требовались финансы, включая долги. Лина хотела купить одежду для своих детей, от чего «дети» категорично отказались. Нагато прямо сказал, что если в школе заведена школьная форма, значит, и все десятеро будут ее носить. Романова с сомнением посмотрела на братика, но ничего не сказала. Форма так форма, а если что, одежду можно докупить в сентябре. Конан, правда, получила втихаря подарок – блузку и маечку. Ну и также всем были куплены спортивные костюмы, причем для каждого свой цвет, но об этом позже.
*** Была где-то середина августа. Пятнадцатого числа отметили день рождения Какудзу – тортиком и соком, но это было неважно. Старый скряга в новой обертке все-таки был чуточку счастлив, хотя весь вечер брюзжал о лишних тратах и ругал расточительную Линку.