«Не то сказал», - тут же спохватился Обито.
- …Его любовь ко мне строится лишь на уважении, - продолжала Лина. – А знаешь, что мне говорила моя бабушка об этом? Что те, кто живут ради жалости, оно же уважение, вскоре спиваются и кончают жизнь на виселице! - В моем мире, - холодно осадил ее Олег, - уважение является неотъемлемой частью отношений между супружескими парами. Половина браков заключались без любви, но, уважая друг друга, они жили всю жизнь. - Обито! – взмолилась Лина. – В вашем клане, который ты имеешь в виду, и в вашем мире полно благородных семей, которые ставят своей целью продолжение рода! Я же ищу человека, с которым я буду счастлива, а он не будет мне изменять только потому, что я ему противна, ибо навязана кем-то… - Она помолчала, отвернувшись от Учихи и посмотрев на серебристую гладь реки. – Ты же сам только что сказал, что Итачи меня не любит. («Когда я это сказал?» – тут же быстро попытался вспомнить свои слова Обито, точно помня, что даже не намекал на это.) Я не хочу его насиловать. - Он сам этого захотел, - проговорил парень. - Зато я этого не хочу, - твердо заявила Романова. - Лина! До чего же ты упряма! – проговорил Обито, удивляясь ее твердолобости. – Итачи не из тех юнцов, каких полно в этом мире, он представитель своего клана и прекрасно знает, на что идет. – Обито начинал сердиться, потому что хотел выровнять ситуацию и показать истинное положение дел, а сам усугублял все, подставляя родственника. - Опять ты за свое. Я же сказала, что не желаю насильно держать его при себе. - Не мерь никого из нас монетой этого мира, Лина. - А ты, может, перестанешь уже делить этот мир на ваш и мой? Теперь он общий! И будь Итачи хоть тысячу раз Учихой или шиноби, он прежде всего человек, которому тоже досталось в свое время. Я желаю ему счастья, и если я не смогу его ему дать, то пусть он ищет его где-то на стороне.
Обито вздохнул, проведя рукой по лицу. Вот точно также упрямился Итачи, доказывая всем, что, раз Лина любит его, ради блага всех он обязан сделать ее счастливой… «Два дебила», - качнул головой Ветров.
- Черт с вами, - цыкнул он. – Разбирайтесь сами. - Спасибо, - Лина благодарно взглянула на него. Затем улыбнулась, вытаскивая небольшой красный мешочек из кармана. – Помоги мне собрать ромашку, пожалуйста.
Романова вместе с Учихой молча ходили по полянке, обрывая цветки ромашки. Обито, у которого не получалось обрывать один цветок, с молчаливым остервенением отрывал плодоножку и, довольный собой, нес цветок к Лине.
- Кстати, - вспомнила вдруг Романова. – А ты почему не в школе? - Там они решили в футбол поиграть. Мне там делать нечего. - А-а, - понятливо кивнула та, и собирание продолжилось.
Когда мешочек был уже наполовину заполнен, а более или менее презентабельно выглядящая ромашка была уже собрана, так что на полянке остались только кривые-косые цветочки, Обито заговорил, вспомнив:
- Так что ты решила с Итачи?
Лина молча завязала мешочек и посмотрела на него.
- Я отпущу его, - просто произнесла она.
«Блять. Приехали», - в упор глянул на девушку Учиха, но вслух сказал:
- Как это понимать? - В прямом смысле: я просто освобожу его от данного им слова.
Обито, удержавшись от желания хорошенько треснуть ее по русой макушке, процедил:
- Я думал, ты умнее. - Вот ты меня сейчас прям вообще не оскорбил, - фыркнула Романова. - Что вижу, то и говорю, - он шагнул вперед, засунув руки в карманы.
Лина горько усмехнулась.
- Желаю тебе влюбиться, - сказала она, поравнявшись с ним. – Так сильно, чтоб ты понял, каково мне. - Это твое проклятие? – хмыкнул он, не смотря на нее. - Хех, да.
Далее они молча дошли до дома, не испытывая дискомфорта от тишины, каждый занятый своими тяжкими мыслями.