- Кто это с тобой сделал? – она провела рукой по его волосам, искренне сожалея, потому что любила эти блондинистые шелковистые прядки, пропахшие ромашковым шампунем. – Скажи мне. - Дожил, - отпуская Лину, с самоиронией фыркнул Дейдара. – Меня защищает девушка. - Не девушка, а ответственный за тебя опекун. А если ты переживаешь из-за волос, то я буду любить тебя даже лысым. - Ну уж нет, - скривился Дейдара. Он помолчал некоторое время, затем тихо произнес: - Когда ты постоянно один, нужно что-то, что бы психологически прикрывало спину, при этом неважно, насколько эта защита сильна.
Лина во все глаза уставилась на Тсукури. Он открылся ей. Девушка машинально коснулась своих волос, глубоко задумавшись, что не укрылось от глаз блондина.
- Можешь не говорить, - злясь сам на себя за минутную слабость, он поднялся с дивана. – Я и так знаю, что я слабак… - Нет! – она вскочила вслед за ним, крепко сдавив его в объятиях со спины, уткнувшись носом ему в шею. Дейдара изумленно вытаращился перед собой. – Не смей говорить так, - ее голос звучал приглушенно. – Я не хочу, чтобы ты даже думал об этом. – Она сжала пальцы на его рубашке, пытаясь сказать больше, но мысли разбежались в разные стороны. Юноша выдохнул, чуть улыбнулся и накрыл ее руки своими. - Только не обещай быть рядом всегда, ты же знаешь, что это невозможно, - негромко произнес он. - Послушай, Дейдара, - Лина расцепила объятия и заглянула ему в лицо, ее глаза загорелись живым блеском, что бывало крайне редко. - Что? – несколько удивился Денис. - Когда ты делал птиц, ты в уме смог просчитать их размер, силу крыльев для поднятия и дальность полета? - Да, - пожал плечами тот. - Отлично! Жди здесь, я сейчас приду! – и собралась скользнуть в комнаты, как юноша схватил ее за край ее накидки, пытаясь задержать. Полотенце, скрепленное кое-как, упало к ногам, за ним треснула по швам ткань бюстгальтера, так что Лине пришлось схватить чашечки, что не упали. Секунду оба смотрели друг на друга, затем Романова юркнула в дверь, а густо покрасневший Дейдара уселся обратно на диван, подобрав полотенце с пола.
Евангелина вернулась спустя пять минут, одетая, как ни в чем не бывало. Оба молча решили сделать вид, что ничего не произошло. А, собственно, так и было!
- Идем, я тебе покажу одну вещь, - маня его за собой на улицу, сказала она. Тсукури поднялся и вышел за ней.
На старой кухне, где сейчас был хлам, вынесенный из дома, лежало много вещей, включая поломанную технику и даже старые картины. Блондин брезгливо поморщился, оглядывая всё это, и заметил, как Лина, присев перед каким-то ящиком, что-то там ищет. Вскоре она извлекла оттуда нечто грязное и поломанное и подошла с этим к Дейдаре, улыбаясь своей мерзкой вежливой улыбкой, которая на этот раз означала радость.
- Я хочу поделиться с тобой одной мыслью, - доверительно произнесла она, заглядывая в его голубые глаза, не скрытые челкой. – Вас десять человек. И у каждого был свой талант, за который вы и стали членами организации. Я хочу, чтобы каждый из вас спроецировал свой талант в мирное русло.
Дейдара, вначале со скепсисом отнесшийся к ее словам, вдруг задумался.
- Ладно, - задумчиво хмурясь, проговорил он. – А причем тут… чайник? – узнав в очертаниях предмет кухонной утвари, не понял блондин. - В том и дело! Это будет твоей проверкой на профпригодность! Если справишься с этим, я тебе помогу и дальше.
Дейдара взглянул в серые глаза, вспоминая, ради кого они десятеро поклялись жить и подчиняться правилам.
- Инструменты и справочник физики, если нужно, я тебе дам, - закончила Лина. - Конечно, нужно, - уже деловито сдвинув брови к переносице, Тсукури принял из ее рук чайник. – Но для начала я его отмою. - Хорошо. А пока ты будешь делать его, я подровняю тебе волосы. - Э… Ну ладно…
*** Вернемся в гнездо зла. Кто обстриг волосы Дейдаре? Кто бы посмел на такое решиться?
Алла Михайловна.
На втором уроке русского языка, который вела она, злой и не выспавшийся Тсукури остался не выспавшимся и еще более злым. Поэтому, когда его подняли отвечать правила, которые все должны были знать еще в восьмом классе, а сейчас повторяли, блондин, зло посмотрев на учительницу, даже отказался подняться. Нагато, чувствуя, что атмосфера может накалиться сильнее, ибо Зленко и сама была сегодня не в духе, переглянулся с Сасори, чтобы тот как-то воздействовал на напарника. Саша толкнул Дениса под ребра локтем, и тот, взбесившись, вскочил из-за парты, обругав того последними словами, припомнив и то, что его не разбудили. Затем, продолжая свои психи, кинул сдуру свои вещи на пол и уже начал орать на училку. Та, удивившись, сначала попыталась уладить все мирно и уговорами. Класс притих. Наташа и Роза никак не ожидали от светлого и доброго на вид Дейдары такой злобной истерики. Акацуки молчали, не вмешиваясь, прекрасно понимая, что, во-первых, не их дело, во-вторых, он выразил мысли большинства, а в-третьих, это ему было необходимо. Ссора между учеником и преподавателем дошла до кондиции, когда Алла Михайловна, уже не замечая, что говорит, указала Тсукури на его место, обозвав его сиротой и содержанцем, а Лину – матерью Терезой, что больше подразумевало в себе шлюху. Затем сделала точные замечания по поводу внешнего вида их всех и, стоя поблизости, схватила ножницы со стола, а Дейдару – за патлы, отрезала ему что успела схватить и толкнула в сторону двери, прокричав вслед, чтобы без Лины не показывался ей на глаза. Опозоренный Тсукури покинул школу, ненавидя весь мир и желая вернуться в свой, где есть чакра и возможность убивать людей. Там, где нет его в живых.