Романова шла позади всех и с теплым чувством в сердце думала о том, что они остались такими же, какими и были. Лишь внешне младше стали и приоритеты после смерти слегка изменились. «Представляю, как их приоритеты изменятся, когда они услышат всю правду», - помрачнев, девушка глянула в звездное небо.
- Зачем? – вдруг услышала она с правой стороны от себя.
Посмотрев туда, Евангелина увидела Обито, смотрящего перед собой. Он уже давно шел рядом с ней, только молчал и думал о своем.
- Я уже сказала, зачем, - вздохнула она. - Лицемерка. - Я не считаю зло относительным понятием. Я знаю, что такое зло и что такое добро. Но мы всего лишь люди, даже ты, Обито, сколько бы это ты не отрицал. - Я и не отрицаю. - И именно потому, что мы люди, между нами не существует идеального зла. – Лина снова взглянула в небо, будто ища у него поддержки. – Я верю в вас всех. Именно поэтому и не сказала ничего о том, что знаю, кто вы. - А если мы убьем тебя? - Что мешает тебе сделать это сейчас? – Лина посмотрела на него, и они пересеклись взглядами, но тот, ничего не сказав, вновь уставился перед собой. – Я верю, что ты не такой. - Я был не таким. - Не имеет значения. То, что было с нами, остается с нами всегда, даже если мы забываем об этом. Я верю в вас всех. А если обманете… - Она шумно выдохнула и усмехнулась: - Значит, я сама и виновата.
Обито промолчал. Ее слова заставили его задуматься, но не одуматься.
2. Эпизод второй. Реакция
Вечер опустился на село, скрывая под своим пологом путников, идущих домой. Дейдара все еще думал над тем, как извиниться перед Линой. Он знал, что не прав, но признать это перед ней было неприятно. Ведь Лина уже давно над ним издевается и проверяет его – взять хотя бы прошлый раз, когда она так позорно подставила его с «милой и уютной» полянкой. Блондин оглянулся, ища Лину позади, но, не найдя ее, вновь посмотрел вперед. Сасори мельком глянул на бывшего напарника и чуть улыбнулся – все-таки Дейдара так молод.
Троица из Дождя шла впереди всех, и Нагато с Конан слушали расспросы Яхико, на некоторые отвечая, а на некоторые просто качая головой. Яхико был рад, что вернулся к жизни, и дело было даже не в этом, а в том, что он вернулся к жизни вместе с теми, кого любил больше всего на свете.
Хидан, терроризируя Какудзу, болтал будто сам с собой, но при этом пытаясь расшевелить своего напарника. Кисаме, шедший рядом с Итачи, ухмылялся во весь рот, то ли от подколов Хидана, то ли оттого, что Учиха тоже живой.
Папки, что они держали в руках, таинственно скрывали в себе какое-то содержимое, и несшие их будто забыли об их существовании.
- Почти пришли, - глядя на огни соседних домов и свои темные окна, негромко сказала Лина, будто для себя.
Обито ничего не сказал. Смотря в сторону, он думал над всем, что пережил и сделал.
Двор Лининого дома не изменился с прошлого года – отчасти потому, что хозяйка трудилась над ним последнюю неделю, облагораживая его. Фруктовый сад с деревьями, кустарниками и виноградником с беседкой. Душ и туалет все также в конце двора – не развалились пока, да и не собирались в ближайшее время.
- Черт, я как будто опять вернулся… - проговорил Хидан, осматриваясь. - Ты и так вернулся, кретин, - покосился на него Какудзу. - В прошлое, я хотел сказать! – взвился Хидан, правда, без злобы.
Яхико с интересом рассматривал представший перед ним вид. Беседка, оплетенная виноградником… Он и не знал, что часто сидел в ней год назад. Только той курицы, что с удивлением пялилась на рыжеволосого мужчину, уже не было.
- Действительно, ничего не изменилось, - заметил Сасори. Они все уже стояли возле дома и ждали Лину. - А твои родители не будут против нас? – вдруг вспомнил об этом Кисаме. И все сразу посмотрели на девушку, возившуюся с замком. - Нет, - чуть усмехнулась Романова, проворачивая ключ в замке. – Заходите. - Лина, ты же нас покормишь, да? – проходя мимо нее, широко улыбнулся ей Хидан. - Садитесь сразу за стол, у меня все готово, - серьезно ответила ему Евангелина.
Акацуки по старой памяти, которая вдруг о себе напомнила, расселись за стол, который был таким же, каким и год назад. Только клеенка теперь была голубенькая, с васильками. На стороне у окна сели Нагато, Яхико, Кисаме и Итачи. Напротив, соответственно, Конан, Сасори, Дейдара, Хидан и Какудзу. Папки они сложили на стол.
- Садись, - просто сказала Учихе Лина, проходя за спинами остальных к шкафам и холодильнику. Обито, отодвинув стул от Итачи, сел и, сложив руки на груди, положив ногу на ногу, прикрыл глаза.
- Евангелина, вы снова нас спасаете, - сказал Яхико, решив хоть добрым словом отплатить ей за то добро, что она сделала им. - Мне не в тягость, - с вежливой улыбкой ответила Лина, посмотрев ему в глаза, но боковым зрением видя только Итачи, который смотрел на нее. - А, Лина, ты же обещала рассказать нам, откуда знаешь о нас, - напомнил ей Хидан. - Да-да, - откликнулась девушка, доставая из шкафа десять тарелок. – Сначала вы должны поесть. - Ты прям как мамаша, - фыркнул в ответ Кисаме. - Дело несколько в другом, - тут же вежливо улыбнулась Лина, уже расставляя тарелки. – Что это, кстати, за папки? - Они появились у нас, когда мы оказались в этом мире, - сказал Итачи. - А, ясно, - будто это ее вовсе не волнует, ответила девушка, продолжая накрывать на стол.