Вика поднялась из-за стола, и они вместе пошли по асфальту.
- Ты что-то хочешь сказать? – вдруг спросил Обито, которого начала немного раздражать аура почемучки, витавшая вокруг неё. - Да, вообще-то… - произнесла она и замолчала, смотря в сторону. Она была ненамного ниже его, но чувствовала себя рядом с ним неловко. А ещё её отвлекал его возраст, происхождение, то, что скажут люди и его домочадцы, и куча всяких бессмысленных вещей, ради которых она могла бы тут же всё остановить и умчаться подальше от него. - Ну и? – кинул он на неё взгляд.
Они прошли мимо дома Романовых. Мельком глянув на окна, Олег заметил, как колыхнулась штора. Видимо, это Лина решила сыграть в шпионов. Бывший шиноби хмыкнул и вновь покосился на спутницу.
- Пришли, - сказала девушка, открывая калитку и пропуская его вперёд себя. Затем прошла к дому, открыла ключом висячий замок и растворила покосившуюся от старости дверь прихожей. – Проходи, - с каким-то тяжёлым чувством сказала она, жестом приглашая войти.
Юноша неспешно вошёл, оглядывая обшарпанные стены, прикрытые засаленными обоями, и раскрыл дверь в комнаты. Тут ситуация обстояла немного лучше, только беспорядок был такой, словно хозяева начали уборку: на телевизоре стояли цветы в пластиковых одноразовых стаканчиках, на полках вразнобой стояли книги от букваря до томика стихов Есенина. Книги также были и под шкафом, кажется, поддерживая его вместо ножки, и под столом, на котором стоял телевизор. Груды тряпья валялись на стульях, кресле и на спинках кроватей – в зале их было целых три, также одна в маленькой комнатке, где спал дядя. На столе, который был использован под кухонный, был просыпан сахар, крошки хлеба, будто только что кто-то обедал, и разлита вода. Обито сравнил обстановку с домом Лины и понял, что их сравнивать нельзя, ибо чистое небо и свинская земля. Аккуратностью Вика не отличалась.
- Раздевайся, - её мрачный голос раздался из зала. Она снова вышла к нему, уже в домашней одежде – джинсах в краске и болотном свитере. Волосы были светлее, чем он помнил. - Ты покрасилась? – несколько безучастно спросил парень, протягивая свою куртку ей. - Нет, голову помыла, - на полном серьезе ответила та, небрежно бросая его вещь на спинку стоящей в зале у входа кровати. – У меня неубрано, прости, - пофигичным взглядом обвела беспорядок. – И нет желания убираться, - едва слышно проговорила Вика. – Если не брезгуешь, могу тебя покормить. Руки вон там можно помыть, - она указала на тазик в углу. - Я не брезгую, но я не голоден, - отвечал Обито, начиная понемногу понимать причины ее зависти. - Хорошо, я не буду настаивать. Всё равно активированного угля нет, - несколько ворчливо добавила девушка, снова уходя в зал. – Иди сюда, Олег…
Было непривычно, даже слишком. Парни всегда были её больной темой, а сейчас один из них так спокойно прошёл в зал и присел в кресло, из которого она только что перенесла кучу тряпья на свободную кровать.
«Шлюха, - отвернувшись от своего гостя и взяв в руки линейку-треугольник, мрачно подумала Вика. – Не надо было его звать. Такое чувство, будто я хочу от него денег, и ради этого готова на все… Блять, что? – еще мрачней скривила губы. – Я хочу его? Тело, блять, ты серьезно? Он младше меня на три года, если не больше. Хотя когда меня это останавливало, ахахах, - едва сдержала слезы. – Сегодня же руки порежу, чтобы все желание прошло. Ненавижу себя. Жалкая шлюха».
- Ты хотела что-то сказать, - раздался его голос. - Когда? – не поворачиваясь, откликнулась она. - Когда мы шли сюда. - Как тебе дом? – переводя тему, повернулась она к нему. Вопрос был мрачным, как и сама Филимонова. - Здесь уютно, - признался Обито. – Похож на птичье гнездо – всё также беспорядочно навалено в кучу. - Хах, - не сдержала невесёлого смешка Вика. – Есть немного.
В комнате воцарилась относительная тишина. Учиха почти с любопытством рассматривал незнакомую обстановку, иногда косясь на саму хозяйку, напряженно о чем-то думавшую.
- Послушай, - собравшись с мыслями, она развернулась к нему, отчего стул жалобно скрипнул. Обито опустил взгляд с потолка, где рассматривал лампочку, висящую на одной* проводке и патроне. – Я хочу тебе кое-что рассказать, - наконец, полностью решившись, сказала девушка. – Я шлюха, - с упавшим сердцем сказала она и посмотрела ему в глаза. Тот же лишь пожал плечами, сильно её удивив. - У меня нет денег, - спокойно ответил он. Вика вспылила, вскочив со стула и принявшись носиться по комнате. - Я не то имела в виду! Ты меня не понял! - Ты сказала, что оказываешь услуги сексуального характера, за которые требуешь определённой платы.
Филимонова остановилась и вытаращила на него огромные позеленевшие глаза.