Девушка приложила руку к лицу, чувствуя, как на нервной почве дёргается глаз.
- Пожалуй, я буду только счастлива, - пробормотала она. – Оставайся, - девушка поднялась с кровати. – Я уже слишком тебя люблю, чтобы пытаться очернить какими-то посягательствами на твою честь, - окончательно разоткровенничалась Вика, подойдя к шкафу и, раскрыв его, что-то там ища. - Но ты ведь девственница?
Та замерла.
- Технически – да, - выглянула она из-за дверцы. – И это… Давай не будем об этом – я стесняюсь… - Как хочешь, - серьезно ответил юноша, веселым взглядом глядя на шкаф.
«Бля, - осознала вдруг она, - я же толстая. Как я перед ним разденусь, если я жирная, как свинья? Ну косяк… Так, стоп! Какие раздевания, ты чё? Окстись, грешная! Ну что за мысли, ёпрст! Накорми парня лучше». Выглянула из-за шкафа.
- Ты проголодался, кстати? – заметно повеселевшая, девушка даже похорошела. - Да, немного, - подумав о том, что сегодня дома плов на ужин, произнес Учиха. - Хорошо, - радостно хлопнула в ладоши, резко переменившись в лице – с хмурой старухи на веселую девчонку, - и умчалась в комнату, чтобы поставить на стол скромную еду.
Обито с усмешкой проводил её взглядом и перевёл его на окно, задумавшись о чём-то.
Вика, готовя чай, а к чаю хлеб, масло, сахар и печенье, вдруг снова помрачнела.
- Ты, наверное, не привык так есть, - приблизившись к креслу, негромко сказала она, смотря на торчащие во все стороны чёрные волосы. Парень обернулся к ней, вставая и немного возвышаясь над девушкой. - Напротив, - с прищуром глядя на неё, ответил он. - Угу, - поджала губы Вика, не поверив. – Всё готово.
Учиха сел за стол, отметив, что он стал намного чище.
- Чай чёрный, зелёный? - Без разницы.
Хозяйка налила чая, по привычке разбавила его холодной водой и только потом догадалась спросить:
- А ты горячий пьешь? - Уже неважно. - Прости, - извиняющейся улыбкой улыбнулась Вика, ставя перед ним кружку. А потом села сама и, подперев щеку рукой, влюбленными глазами уставилась на него. Обито первые две минуты отнёсся к этому нормально, но, в конце концов, это ему надоело. - Со мной что-то не так? – покосился он на неё. - Нет, - дурацки улыбнувшись, махнула рукой девушка. – Просто, - резко помрачнела, - никогда не видела, чтобы люди ели.
Обито подавился чаем, закашлявшись. Подсуетившись, Филимонова быстренько подала ему полотенце, заботливо стукнула по спине, чуть дольше положенного задержав ладонь на нем.
- Ты в порядке? – заглянула в лицо, вновь присаживаясь рядом. - Да, - хрипло отозвался тот.
Поели. Девушка быстро прибрала со стола, разметав по углам хлебные крошки и поставив кружку к грязным тарелкам.
- Я постелю тебе на этой кровати, - сказала она, указывая на ту, возле которой стояло кресло. Еще одна стояла у дальней стенки – там спала обычно бабуля, а ближе к выходу из зала – лично Викина кровать. – Только я так рано не ложусь. Хочешь, фильм посмотрим? - Мне всё равно, - усаживаясь в кресло, сказал Обито, чувствуя, что не наелся. Избаловала их всё-таки Лина. - Так… «Сумерки»… - начала она рыться на полке с книгами и дисками. – «Скала»… «Парфюмер»… Не, только не он, хе-хе… «Титаник», ахах! О, «Матрица». Её и посмотрим.
И, заправив диск в дисковод своего старенького стационарного компьютера, Вика, придвинув стул к столу, ушла на свою кровать, забравшись туда с ногами и изредка косясь на своего потрясающего гостя.
*** Сытный ужин в доме Романовых состоял из вкусного плова, который приготовили Яхико и Конан, и чая с блинами и вареньем Лининого производства. Хидан сидел с Библией в руках, читал, иногда дико ржал, иногда вдруг серьёзно хмурился, но постоянно мешал при этом Какудзу. Дейдары за столом не было – он срочно решил доделать магнитофон до конца ужина, чтобы успеть всем продемонстрировать свой талант. Сасори отнёсся к этому скептично, но промолчал. Нагато выразил похвалу поварам, заметив, что их умение с прошлого раза выросло. Яхико смущенно засмеялся, ответив, что этот рис невозможно приготовить так, как в их мире, поэтому пришлось выкручиваться.
Итачи подкармливал Лину вареньем, не обращая внимания на остальных. Блины все расхватали – их получилось немного, так что для нежелающих поправиться пришлось пить чай с вареньем.
На кухню вбежал счастливый Дейдара, окрылённый победой над своим изделием. - Лина, я его сделал! – заявил блондин, ставя магнитофон на стул возле холодильника. - Молодец, - откликнулась та. – Показывай. - Ща! – Тсукури сдвинул кассету, нажав на нее, и включил в розетку...
...Оставалось надеяться, что свет вырубило только у них, а не у всей деревни.
- Дейдара... - в темноте нашаривая спички, проговорил Нагато так, что блондин сжался где-то у холодильника. - Ну ёб твою мать! На самом интересном месте! – вскинул руками Хидан. - Не машись, размахался… Бабочка, что ли? – пробурчал Какудзу. - Ахахах, херасе нежности! – загнулся от смеха Матсураши. - Я теперь в варенье, - несколько расстроилась Лина, потому что промазала от неожиданности ртом мимо ложки и испачкала всю щеку. - Ничего страшного, - щеки коснулось что-то теплое и влажное. – Я помогу. - Кажется… Я его не доделал, - шкодливым тоном заметил Дейдара. - Руки бы отломать – какой в них прок, если растут из задницы, - подал голос Сасори. - Куда делся блин? - Яхико, ты уронил его на стол. - Ой, и правда…