Дейдара поправил ворот у куртки, куда задувал ветер, и ещё больше помрачнел.
- Лине что скажем? – задал он главный вопрос. – Правду? - Хуявду, - отозвался Моргунов. – Позорище, блять, трое бывших преступника S-ранга не смогли справиться с тремя простыми селянами. Нихуя, стало быть, мы без чакры не можем. - Мы и по возрасту теперь гораздо младше, - подметил Сасори. – Лине скажем, что в нашем споре родилась истина. - И полудохлый Какудзу? – саркастично спросил Хидан. – Ну ладно, скажу, что рожал я.
И все трое рассмеялись, остановившись на дороге. Моргуновы – до слез и боли в животах, а Сасори просто легко улыбался, чувствуя, как напряжение понемногу спадает. И, отсмеявшись, все трое почувствовали, что их непреодолимо тянет домой, в тёплый домашний приют, где всегда вкусно пахнет свежей выпечкой и жареной картошкой.
*** После уборки дом Вики обрёл благодушный и весьма уютный вид. Книги упокоились на полках, которые прибил внезапно появившийся мужик в доме. Бельё подверглось сортировке, половина отправилась в шкаф, половина в ненужные тряпки, спрятанные в погребе, а часть – в грязное бельё. Сама хозяйка, уставшая и уже не имеющая сил, сидела за столом, на котором стоял выключенный компьютер, и, таращась в потолок, клацала мышку.
- У тебя нет мягких игрушек, - заметивший это ещё при уборке, сказал Обито, вставший посреди комнаты и вспоминающий, что ещё тут можно сделать. – Ты их не любишь? - Вообще-то люблю, - вздохнула девушка и, посмотрев на Олега, смущенно улыбнулась: - Но у нас не было денег, чтобы их покупать, а сейчас уже поздно, да и не нужны они мне больше… - она быстро отвернулась. Поняв ее, Учиха не стал больше допытываться. - Ты ведь уже окончила школу? – решив, что в комнате уже достаточно все убрано, он прошёл и лёг на кровать. - Ну да, - лукаво посмотрела она на него. – А тебе, позволь спросить, сколько лет? - Шестнадцать, - доставая из рюкзака учебник, как ни в чем не бывало сказал Обито. - Как – шестнадцать? – изумилась девушка. – Ё-моё, - схватилась она за голову, - меня же посадят…
Обито, улегшись на кровать с учебником, насмешливо выгнул бровь, смотря на Вику, застывшую в позе человека с картины «Последний день Помпеи».
- Хотя да, - отмахнулась от собственных мыслей девушка. – Вот если бы было наоборот, тогда да. Кхем… Что ты там насчет школы говорил? – вся во внимании повернулась она к нему. - Не хочешь помочь мне? – глянул он на неё поверх учебника. - Эхей, - лукаво погрозила она ему пальчиком, - что-то вы господин… Кстати, как твоя фамилия? – вдруг вспомнила она, подходя к кровати. - Ветров. - Хех, - весело фыркнула Филимонова. – Это твоя семейная фамилия или дали в приюте? Я знаю, что детям в приюте дают обычные фамилии, типа Иванов, Петров… особенно распространена – Найденов…
Вика осеклась и, закрыв рот ладонями, испуганно посмотрела на парня. Тот, несколько удивившись тому, что она замолчала, снова глянул на неё поверх книги.
- Забудь, - махнула она рукой. – Ну так что, - лукавая усмешка скользнула по губам, - что-то вы меня к горизонтальной плоскости склоняете, а, господин Ветров? - Кое-кто сам не давеча упорно меня туда склонял, - справедливо заметил Обито. - Ой, да я шо, против, - закатила глаза Филимонова и улеглась рядом с парнем, подлезая головой под руки и мешая обзору на текст. – Ух ты, это же история России, - она бесцеремонно повернула к себе обложку, чтобы убедиться в этом. – Мой профиль, кстати, - ложась правильно, поделилась она с ним. – Я ЕГЭ сдавала по истории. - И как? – посмотрел на неё Обито. На него глянули печальные серые глаза. - Всё плохо, и теперь я на целый год заперта в этом, - обвела взглядом комнату, - месте.
Девушка замолчала, прислонилась щекой к его плечу и уставилась в учебник, задумавшись о чём-то своем. А Учиха, спустя пять минут заметил, что ему не хватает весёлого щебета и лишней суеты. Усмехнулся. Протянул руку и обнял внезапно покрасневшую Вику, прижав к себе и продолжив читать историю.
*** Когда парни пришли домой, все в черте каком состоянии, стоявшая как раз на кухне Лина, чем-то занимающаяся, увидела их первой. Прикрыла рот от ужаса увиденного: побитый Какудзу, которого тащили Сасори с Хиданом, сам Хидан помятый, кое-где запеклась кровь…
- Спокойно, - вскинул руку блондин, глядя на перекошенное от страха лицо Романовой. – Всё хорошо. После объясним. - Итачи, - громко сказал Сасори, открывая дверь комнаты, - уведи Лину.